Желанная

— И что с того? — она и не думала отпираться. — Кликуша все равно бесполезна. Или ты оглохла? Не слышала, что сказал Давен?

— Слух у меня, может, не такой отличный, как у тебя, — поддела сноху. — Но я все равно настаиваю на разговоре. Что вы теряете? — обратилась к старцу.

Тот пожевал губами. Жизнь целого рода поставлена на карту. Для спасения любые средства хороши. Раздумывал старец недолго и в итоге дал разрешение на визит к предсказательнице, одновременно распорядившись начать подготовку к переезду. Я надеялась, до этого не пойдет.

Иначе целый род превратится в беспризорников, Тор потеряет место тойона, а Ивар — крепость. Ему просто нечего будет наследовать.

Комната кликуши располагалась в одной из башен. Судя по состоянию деревянной лестницы, гости здесь бывали редко, а ремонт не случался с постройки крепости. Ступени скрипели и сыпали трухой. Крайне ненадежная конструкция.

Наверху, у двери нас с Тором встречала ухаживающая за кликушей служанка."

"— Чего-то посетители зачастили. Впервые на моей памяти здесь толчея, — ворчала она, отпирая дверь ключом.

 — Вы особо не надейтесь. Ваши-то ночью приходили и ушли ни с чем. Между пророчествами она по большей части спит. И совсем не разговаривает.

— Как ее зовут? — поинтересовалась я, переступая порог круглой комнаты.

— Что? — удивилась служанка.

— Я спросила: как ее имя?

Женщина наморщила лоб, припоминая. Что за потребительское отношение? Предсказательница всего лишь винтик, послушно исполняющий роль. Даже служанка не особо интересуется подопечной.

Имя вспомнить и то не в состоянии.

— Тирна, — наконец, ответила женщина. — Ее имя Тирна.

— Благодарю, можешь идти, — отпустила я служанку.

Дверь, застонав, открылась, и мы вошли в круглое помещение. Не считая кровати, здесь ничего не было. Даже потрескивающие в камине дрова не добавляли пустой комнате уюта. Печально видеть, в каких условиях живет кликуша. Люди думали: раз она постоянно спит, то ни в чем не нуждается.

Прежде чем шагнуть к кровати, завешенной пологом, я протянула руку Тору.

Лишь когда он сжал мои пальцы в своей ладони, рискнула подойти и откинуть полог.

На кровати поверх одеяла лежала женщина. Спутанные волосы закрывали лицо, но я узнала ее по болезненно тонким запястьям и бледной коже. Выходит ли она на улицу хоть иногда? Сомневаюсь. Она узница своего дара и этой комнаты.

Я медлила. Слишком много сомнений одолевали меня. Что если я позову кликушу, а она не откликнется? Тогда все жертвы были напрасны.