Желчный Ангел

Пока он звонил куда-то, оформляя ДТП, к горлу подступила тошнота, и, еле успев открыть водительскую дверь, Маргоша подавилась мучительной рвотой.

Таксист сменил гнев на восхищение:

– Такой красив девушк, зачэм так ездит, сидел бы дом, ждал муж, – полил ей на руки водой из бутылки и убрал с лица белокурые пряди.

– Все нормально, джигит, – сказала она измученно, вытирая лицо, – давай оформляй бумаги, не тяни кота за хвост.

Пока таксист возился, Маргарита пыталась восстановить причинно-следственные связи. Проблемы на работе, бесспорно, начались с беременности.

На мгновенье ей захотелось проснуться в привычном, любящем ее мире, без тошноты, без вечно встревоженных Вадиминых глаз, и понять, что ребенок – это просто сон. В конце концов, сорок лет она жила без него и проживет еще столько же. В мозгу всплыло лицо мужа, перекошенное от боли.

– Но ты же сам впал в депрессию, когда чуть не лишился работы! – в голос закричала она.

– Это ти мнэ? – отреагировал таджик за окном.

– Нет, не тебе, не отвлекайся, пиши, пиши.

Марго до мельчайших подробностей вспомнила поведение мужа после смерти Ии. Как он винил во всем бриллиант, как шмякнул кольцо о стену.

По позвоночнику пробежался омерзительный холод. Она подняла руку к лицу и уставилась на камень внутри перстня.

«Чушь, – одернула себя Марго. – Перенос вины на неодушевленный предмет».

Но ненависть к кристаллу наполнила ее до краев, словно вскипевшее молоко кастрюлю.

Она сорвала с себя кольцо, достала из бардачка перочинный ножик и исступленно начала отгибать лапки, закрепляющие камень. Лезвие срывалось, царапало металл, но лапки не поддавались.

– Браво, Адам Иванович, – пробурчала Марго. – Как всегда, сделал на совесть.

– Ти опят не мнэ? – уточнил таджик за окном и снова услышал отрицательный ответ.

Распрощавшись с таксистом, с помятым бампером и разбитыми фарами Марго развернулась на ближайшей эстакаде и поехала домой.

До сеанса с клиентом оставалось полтора часа.

«Не удивлюсь, если он не придет», – подумала Маргарита и решительно направилась в куриный домик.

Из двери ювелира доносился характерный шум бормашины. Она толкнула дверь и подошла к стойке.

– Привет, Маргошенька. – Старик заглушил машинку, поднял на лоб бинокуляр и вытер черные руки о фартук.