Железные Рыцари. Легион

Были неприятные моменты с трансистемными корпорациями — эти ребята любили «крепостить», точнее, загонять в долговое рабство поколениями, ещё не рождённых в том числе. Но Империя с этим боролась, вроде бы — достаточно успешно.

Но в Жопемира с этим боролись, причём не раз и ни разу не успешно. Так что статус-кво оставался «крепостническим». Но, при этом, именно рабства в Империи быть не могло. Вот вообще, принципиальный момент. И, соответственно, чиновники-ревизоры, в сопровождении бойцов Звёздного Легиона, осуществляли инспекции.

Что, в свою очередь, было основным источником «силовых конфликтов» с местными. Всякие вожди возмущались, что им по наглым рабовладельческим лапам дают.

Так вот, Артемисия — фактически «жопный рай», на фоне остальной Жопымира в плане «соблюдения Имперских Законов», в рамках местных реалий. А вот на остальных планетах — намного хуже, со слов и данных Нитрила. И вот, к концу моей первой недели беспросветной службы, станция, постепенно наращивая скорость движения, покинула зону влияния гравитационного колодца Артемисии.

И сиганула в гиперпространство, по направлению к системе Имад, с одноимённой обитаемой планетой. Проверить, как там подданные Империи поживают, ну и вообще.

Сам вход в подпространство был зрелищным и ощутимым. Ну, станция в разы побольше лайнера Космонавигации, которые сигали в подпространство вообще незаметно для пассажиров. Так ещё, помимо размеров, генераторы перехода — старьё. В общем, в момент перехода вся материя в фирмоментуме стала полупрозрачной, да ещё и светящейся зеленовато-изумрудным сиянием.

Последнее было как раз вывертом местной топологии: смещение большинство «синего» в тёплый спектр. Что преобладание зелёного и давало: собственно, Артемисия была вполне себе «синей», обычной кислородно-водной планеты, но топологический выверт делал её и все планеты Асинус Мунди зелёными.

Ну и вход в гипер, соответственно, давал эффект вида «полуматериальности» с соответствующим местности оттенком. Довольно симпатично и занятно, почти на минуту этакое переливающееся изумрудное всё.

— Уродство какое, — бормотал Эмик, фонящий изумрудным светом энергопотерь после входа в подпространство. — Дурацкие аномалии, дурацкие законы… — бурчал он. — НО Я ПРРРРЕВОЗМОГУ! — грохнул Инвиктус, окутался полями и — превозмог.

Сменил цвет энергопотерь на типично-бронзовый, сине-голубой.

— Да, так тебе лучше, — признал я.

— А то! — надувался Бронзовый.

— Расскажешь? — заинтересовался я сутью процесса «выправления».