Жемчужинка (СИ)

Но на меня так посмотрели…

- Это Искупление, - проквакал торжественно Старый с каким-то мрачным удовлетворением, - Искупление! Не волнуйся, что мы погибнем, придумай так, чтобы это было не напрасно.

Пришлось и их включить в расклады. Не как страшно-опасное боевое подразделение, но на подхвате они, действительно, весьма полезны.

Но больше всего Жемчужинка расстроилась, что мама пропала. Не пришла, не поддержала, не сама всё рассказала… Очень расстроилась.

- Почему? Почему, отец?! - спрашивала она меня.

- Всё очень просто, моё сокровище, очень просто.

Скажу тебе, не дай бог никому оказаться на её месте. На месте родителей, оказавшихся в ситуации, когда ничем не можешь помочь своему ребенку.

Не вини маму, доча, не надо. А лучше прими и пойми. У неё просто нет сил посмотреть в твои глаза.

- А ты? - с набухшими слезами подняла на меня взгляд Жемчужинка, - А ты, отец?

- Мне легче, - улыбнулся я прижимая её к своей груди - Я мужчина! Я воин! Я отец твой! Я буду сражаться. Сражаться, доча, это даже проще, чем ждать чем кончится, сидя где-то там, в безопасности. Ждать, без возможности вмешаться и помочь.

Наша мама во всём полагается на меня, положись и ты, моя Жемчужинка. Я этого Кракена в узел завяжу, ломтями почикаю, часть в банки закатаю, а часть так засушу! И будем мы потом, все вместе, ты, я, мама, бестолковый Рамзес, прекрасная Люси и таинственная Ночка лакомится исключительно редким деликатесом - Великим Кракеном.

- А Головастик, - сквозь слёзы улыбнулась дочь, - а бацхвари?

- И они. Куда ж без них. Великий Кракен, на то и великий, всем хватит и ещё останется.

- А если он на вкус окажется, как подошва? - уже гораздо веселее отреагировала дочь.

- Значит, увы нам, а Головастику запас жратвы на долгие годы. Он-то, сама знаешь, гурман ещё тот! Подошва ли, шашлык, салат "мимоза", ему всё едино, хе-хе…

- Отец, - очень серьёзно посмотрела на меня дочь, - я тоже буду сражаться.

- Конечно, - погладил я её по голове, - Но только там, и на той позиции, где я укажу. Командир в битве должен быть один, а воины - подчиняться ему беспрекословно. Так выигрываются не только битвы, но и войны. Понимаешь?

- Хорошо, отец, - кивнула она - я сделаю как ты скажешь.

- И ещё, - дочь нахмурила лобик.