Жемчужная невеста

Неужели кобра настолько сошла с ума, чтобы попытаться подделать истинную связь и выдать меня за своего сыночка?! Это же самоубийство в чистом виде!

– Мари? – не дождавшись ответа, Гортензий забрался на подлокотник кресла и скользнул листьями по моей руке. – Ты странно себя ведёшь, может, Суареса позвать?

– Да..., – растерянно отозвалась. Я и сама пыталась намекнуть на это, но каждый раз что-то мешало. К счастью, на предложение духов загадочный блок не распространялся.

Не дожидаясь продолжения, альраун и Люсьена метнулись к целительскому колокольчику.

Я кожей чувствовала тревогу хранителей и прикидывала, как с их помощью объяснить всё Ортеге."

"– Ваше Высочество, – вызвав целителя, кошечка запрыгнула на стол, пристально вглядываясь в моё лицо. – Вы..., – она запнулась, подбирая слова, а я судорожно осмотрелась.

Судя по всему, на меня воздействовали ментально, отсюда странные симптомы и провалы в памяти. Но враг не учёл, что ярванский жемчуг считается мощнейшим оберегом от любых марионеточных плетений и проклятий.

Мамино ожерелье взяло часть удара на себя, поэтому я до сих пор сопротивлялась и даже помнила то, чего, по сути, помнить не должна была.

Страшно представить, какой силы был удар, если колье не смогло полностью нейтрализовать его! Кем бы ни был таинственный враг, сохранность моей психики и то, что ментальное воздействие могло превратить мой мозг в кисель, его явно не интересовали.

И это ставило под сомнение версию с коброй. Тереза махровая интриганка, а не сумасшедшая, и столь грубая работа не в её стиле.

Хотя проверить стоит.

– Смотрите! – догадка пришла внезапно и, выцепив взглядом стоящую на полочке коллекционную фарфоровую куклу, я указала на неё пальцем. А затем постучала ногтем по бусам и... собственной головушке.

В глазах духов плеснулось искреннее непонимание и сомнение в моей адекватности, но едва я на пальцах изобразила поездку в карете и кольцевидные улочки Тайлена, хранители настороженно переглянулись.

Желая закрепить успех, я поднялась с кресла и направилась к кукле, подхватив попутно лежащие на столе пряжу и спицы.

Сложив последние как крестовину для марионеток, я накинула на неё нитки и приставила к фарфоровой красавице.

– На тебя кто-то воздействовал ментально?! – в один голос взвыли духи. Висок прострелило острой болью, но собрав волю в кулак, мне всё же удалось кивнуть.

Дальше дело пошло немного проще, Люсьена с Гортензием наперегонки предлагали свои версии, мне оставалось лишь кивать и продолжать свою пантомиму.