Жемчужная невеста

А я не желал, чтобы кто-то видел меня таким.

– Нет, ты свободна, – щедро полив рану антисептиком, я откупорил второе зелье и плеснул его сверху.

Кровавые ручейки задымились, растворяясь и обнажая глубокие язвы, покрытые пульсирующей чернильной плёнкой. Мерзкое зрелище, но такова цена...

После смерти Анариэль наша младшая дочь стала для меня смыслом жизни. Я знал, что без моей магии и Силы малышка погибнет, поэтому отчаянно цеплялся за ускользающие дни. Тянул время, помогая целителям удерживать её пламенную магию в узде и молясь, чтобы они сумели найти решение, а Совет подыскал мне достойного преемника.

Увы, оба желания оказались неосуществимыми. Передать власть было некому, а лечение давало лишь краткосрочный эффект. Работала только методика Суареса. Он первым предложил «заякорить» магию малышки, позволив моему дракону «гасить» её приступы и забирать боль.

Я согласился не раздумывая, но драконы, потерявшие пару, не живут дольше года. Душа истинной утягивает их за собой на Тропу перерождения, чтобы встретиться вновь в другом мире или времени.

Анариэль звала меня и сопротивляться её магии становилось всё сложнее.

Без меня любимая не могла возродиться и была вынуждена блуждать по лабиринтам межмирья. Знание об этом отравляло каждый час моего существования, я мечтал уйти вслед за ней, но моя шкура оказалась слишком ценной для Сольвингарда, а желание спасти Марианну было столь велико, что его услышали даже Пряхи. И когда я настолько обезумел от боли, что готов был добровольно сложить крылья, ко мне пришёл Посланник, предложив странную сделку.

Я должен буду править империей и любой ценой защищать её от тварей Пустоши до момента, пока не исполнится какое-то древнее пророчество и на престол Девяти осколков не взойдёт Единая королева.

Тогда я не понял и половины сказанного, но ради шанса спасти дочь подписал контракт, обрекающий меня на бесконечные муки. Хотя и выдвинул своё условие. Пряхи должны найти душу Анариэль и вызволить её из лабиринта Паутины, спрятав за Ярванским водопадом.

Больше двадцати лет я безукоризненно следовал договору, а Пряхи соблюдали свой, охраняя душу моей пары и позволяя раз в год на час прилетать в Обитель и встречаться с её призраком."

"Анариэль всецело поддерживала моё решение, хотя, как и я страдала, не имея возможности вновь возродиться. Но похоже наши жертвы оказались напрасными...

За годы боли и бесконечной борьбы я так и не нашёл способ усмирить пламя Марианны.