Жемчужная невеста

– И на ней снова нет ни капли магии, – добавил, бегло проверив украшение. – Гаруда сказал, что в комнате Балтимеров тоже была амагическая зона, словно кто-то выпил всю энергию.

– Намёк понял, – немного подумав, ответил Ортега, – сейчас закончу с Мари и наведаюсь к ним под предлогом беспокойства о здоровье Терезы.

– Лучше отправь Айролен, – покачал головой, – будет не так подозрительно. Все знают, что вы с леди Балтимер, мягко говоря, не ладите.

– Лаура её также не выносит, но ты прав, визит Верховной более логичен, – кивнул Суарес, развеивая стабилизирующее плетение.

– Твоя аура в порядке, можем перемещаться к Мари. Гребень захвати с собой, покажем духам. Хочу выяснить, когда он пропал и не подменили ли его обманкой.

– Сомневаюсь, что Балтимеры стали бы так рисковать, – покачал головой, – пока складывается впечатление, что им для чего-то нужна магия Мари и они собирают её по каплям, сцеживая с личных вещей.

На первый взгляд, версия была странной.

Для любого проклятия, приворота или управляющего плетения достаточно было капли магии. Я не представлял, зачем собирать так много, но интуиция подсказывала, что мы на верном пути. Впрочем...

– Ортега, а Мари чистокровная драконица? – осторожно уточнил, осенённый внезапной догадкой. – Её мать была сильфой, а их сила и воздушная ипостась может проявляться намного позже. Как и магия фениксов, фэйри..."

"На миг в комнате повисла звенящая тишина. Догадка была дикой, но в теории многое поясняла.

Магия истинно стихийных сущностей была на вес золота, а на хрустальных леди и детей пламени и вовсе велась настоящая охота.

Энергия и крылья фэйри могли исцелить любую болезнь, а Дар феникса – даровать девять жизней и колоссальную магическую мощь.

Желающих заполучить подобный трофей было немало, и если я прав, Мари ещё в большей опасности, чем мы предполагали.

– Это нужно обдумать, – голос Ортеги звучал сипло и мрачно, – позже продолжим, сейчас пора перемещаться.

Времени в обрез, а нам нужно закончить лечение.

ГЛАВА 25.3

Суарес открыл портал. Шаг... и меня поглотило золотистое марево, а в нос ударил удушливый запах трав, благовоний и... медовых роз? Их аромат выбивался из общего лекарственного флёра, пробуждая тёплые воспоминания и одновременно настораживая.

Цветы, подаренные мною Марианне, были особенными. Редчайший сорт, растущий лишь возле штормового храма в Ярванне.