Адриенн могла поспорить на что угодно, что Ник тогда боялся, что его кто-нибудь узнает.
Она ведь была уверена, что его лицо ей знакомо! Его лицо напоминало ей кого-то, пока… пока они не занялись любовью. После этого она стала полностью доверять ему и уже не думала ни о чем.
Занялись любовью! Боже! Адриенн не могла поверить, что сама отдалась Нику. По телу пробежала дрожь. Ей стало противно. Она чувствовала себя так, как будто столкнулась с чем-то грязным.
Первый раз она порадовалась, что бабушка не видит всего этого.
Адриенн не хватало воздуха, стены хижины давили на нее. Нужно убираться отсюда, подальше от этого человека.
Адриенн подошла на цыпочках к выходу. На глаза ей попался бинокль, лежащий на сундуке у двери. Она подхватила его и забрала с собой. Отойдя подальше от хижины, она размахнулась и швырнула его в воду.
Потом Адриенн пошла в душ. Она надеялась, что холодная вода остудит ее и уничтожит то чувство к Нику, которое горело у нее в груди.
Душ не уменьшил боль ее сердца. Но он оказал другое действие.
Адриенн могла рассуждать более здраво. Она поняла, что совесть все-таки мучила Ника. Иначе как можно было объяснить его странное поведение в Нумеа. В ту ночь, когда она бросилась к нему в объятия, он хотел ей что-то сказать, но она не дала ему и рта раскрыть. Если бы у него была такая возможность, признался бы он?"
"Наивная! Ничего бы он ей не сказал! Да и нашел бы он слова, чтобы объяснить то, что он совершил четыре года назад? Никакие объяснения не смогли бы уменьшить ее ненависть к нему.
Как он тогда сказал: «Ты совсем ничего не знаешь обо мне»? В тот вечер он воздвиг между ними стену. Будучи наивной, Адриенн решила, что никакие секреты не изменят ее отношения к Нику. И она изо всех сил старалась разрушить преграду между ними. И добилась своего. А потом, на острове, – тут Адриенн покраснела – она снова соблазнила его.
И Ник позволил ей это сделать!
Адриенн бросилась к себе в бунгало. Но и здесь мысли о Нике не давали ей покоя. Нужно уехать отсюда.
Сегодня же. Она больше ни минуты не могла оставаться рядом с Ником.
А она еще собиралась извиняться перед ним! Если бы она не увидела это письмо, то так и сделала бы. А потом бы провела с ним последние часы, пытаясь уговорить прислушаться к собственному сердцу.
Весь ужас в том, что у этого негодяя нет сердца!
Прежде чем уехать, она все ему выскажет. Только придется, наверное, перед этим связать самой себе руки, иначе она не выдержит и набросится на него.
