Жена Берсерка

Тело, тяжелое, словно каменное, прогревало жарким теплом сквозь рубаху, задранную до пояса.

Мягкий трепет нарождался в животе под скольжением его плоти. Дрожью отдавался в раздвинутых коленях…

Красава сидела на краешке нар — тех самых, на которых спала три ночи назад. Молча ждала, что же будет дальше.

А потом в рабский дом вошла Неждана. И Красава, поднимаясь с нар, подумала с легким спокойствием, к которому уже привыкла за последние два дня — вот и ладно.

И ежу понятно, что девка нынче прислуживает гадине Забавке.

А сам сейчас с разлучницей Забавкой милуется. Сокол ясный. Ей предназначенный. Стервой-сестрой отбитый.

Ее обожгло привычной ненавистью, но почти тут же над ухом словно кто-то вздохнул.

Красава не обратила на это внимания, однако мысли снова потекли спокойные, ровные.

Сейчас. Вот сейчас. Еще немного. Рабский дом почти пустой. А даже если кто их и увидит — ничего не заподозрит.

Она дождалась, пока Неждана подойдет к ней. Сказала на родном наречии, пропуская девку мимо себя — приветливо, по-доброму:

— Постой-ка, Неждана…

Так оно и должно быть, довольно подумала Красава, глядя на враз окаменевшую Неждану. Приказала:

— Ну-ка, давай рассказывай, что делается промежду Харальдом и моей сестрой…

Две рабыни, прислуживавшие нартвежкам в женском доме и отпущенные до обеда за ненадобностью, посмотрели из своего угла на двух славянок.

Но ничего такого не увидели — и отвернулись. Подумаешь, разговаривают две бабы…

Хмурое небо над Йорингардом быстро темнело. Где-то над морем, за пологом серых туч, догорал закат. Синие тени вокруг домов поместья густели, наливаясь чернотой…

Неждана шла к хозяйскому дому, прислушиваясь к хрусту снега под ногами. Шла и пыталась вспомнить.

Сегодня что-то случилось. Да такое, что по хребту до сих пор зябкие мурашки ползали.

Но что именно, Неждана вспомнить не могла.

Вроде бы день прошел хорошо. Она вернулась в рабский дом, подремала, сходила на кухню, поела. Потом сбегала в баню. В ту самую, куда нартвеги избегали заходить.

Краем уха Неждана слышала, что там отравилась какая-то девка. Из местных, дочка прежнего хозяина Йорингарда. И кому-то из нартвегов уже один раз вроде привиделась белая тень в углу. С тех пор они туда — ни ногой.

Но Неждана помершей нартвежки не боялась.