Губы дрожат, руки тоже. Мое сердце колотится от боли и ненависти. К самому себе. — Я всю жизнь мечтала о такой девочке. Понятливой и умной. Любящей. Алена именно такая. Но ты всегда был против дочери. Рома прав. Поддерживаю сына. Долго он терпел твои выходки. Но терпение у него не железное. У меня тоже! Я ухожу. А вернусь, когда ты пожалеешь о своих поступках. Хотя... Сомневаюсь, что когда-то ты станешь прежним Костей. Кто тебя в это состояние привел, с тем и живи. Пойдем, Рома.
— Марина, что ты говоришь? — прилетает в спину.
Но мама не реагирует. Берет меня за руку, как маленького ребенка, и тянет к выходу.
Отец не идет за нами. Гордый ведь. С недавних пор безголовый.
— Мам, ты уверена? — спрашиваю, оказавшись во дворе. — Просто...
— Как никогда. Давно надо было это сделать, — гордо вздергивает подбородок. — Расскажу я тебе, что на самом деле случилось в тот день, когда мы попали в аварию. Но не сейчас. Я не готова.
Киваю, помогаю маме сесть в машину. Едем в мою квартиру. Не оставляю ее, потому что состояние у нее крайне подавленное.
Пишу СМС Кириллу, сообщаю, что сегодня встретиться не получится. А следом Мышке. Но она не отвечает, чего и следовало от нее ожидать. Набираю Лизин номер. Девчонка меня давно ненавидит, хотя сегодня немножко мягче обращалась. Я ведь сдал Алену. Быть может, из-за этого. Если бы не мой звонок, они никогда не узнали бы о приезде Мышки.
Леры с Рамилем нет в городе. Как бы я не хотел привезти Алену к себе, даже не стал пытать удачу. Мышка только начала чуточку таять.
Пришлось отправить ее с подружками.
До поздней ночи занимаюсь делами. Сижу на кухне за столом. Напротив компьютер, вокруг бумаги. Засыпаю к утру. А в десять мчусь в больницу.
Алена со мной не разговаривает. Не знаю, что с ней случилось, но даже не язвит. Специально провоцирую, однако она снова молчит. Будто мою Мышку подменили.
— Что случилось? — забираю небольшую сумку из ее рук. — Алена?
— Ничего не случилось, — тихо отвечает, отводит взгляд.
— Позвоните мне, как только будете в Москве.
Хорошо? — бабушка Ясмина целует Алену в обе щеки, обращается ко мне: — Рома, присмотри за ней.
— Бабуль, прекрати, — закатывает глаза Мышка. — Я не маленькая. Давно не ребенок.
— Ваше желание для меня закон, бабушка Ясмина, — подмигнув женщине, открываю переднюю дверь автомобиля. — Нам пора, Алена.
— Бабуль, не накручивай себя, хорошо. Я позвоню.
Мышка кусает губы, опять же со мной не заговаривает. Что, черт возьми, происходит? И бледная такая.
