Жена брата. Забрать своё

— на сердце становится очень тяжело. — Бабушка...

— Только давай без паники, Ален, — Рома делает шаг, заходит внутрь квартиры. Его ладонь оказывается на моем плече, сжимает. — Все хорошо. Просто навестить ее поедем.

— Что с ней? Скажи честно, пожалуйста, — прошу сиплым голосом. — Я... я ей вчера звонила, но она не взяла трубку.

— Ты иди переоденься. По дороге все обсудим, хорошо?

Легкое прикосновение пальцев к моему подбородку. Парень слегка улыбается, но в глазах отражается беспокойство.

Мысленно подмечаю, что он одет в джинсы и кожаную куртку.

На работу он точно не собирался. О состоянии бабушки в курсе давно. Ему позвонили с утра и сообщили, а мне никто ничего не сказал!

Киваю и бегу в комнату. Напяливаю на себя штаны и кофту, убираю волосы в высокий хвост. Господи... Да, я обижена на бабушку очень сильно, но не хочу ей зла. Пусть с ней все будет хорошо. Как же мы стали так далеки друг от друга? Ведь раньше я даже дня без нее провести не могла. Скучала, хотела ее рядом. Перед глазами. А сейчас... Между нами огромное расстояние.

— Откуда ты знаешь? — спрашиваю.

Рома уже в гостиной, сидит на диване. Рассматривает квартиру, поджав губы в тонкую линию.

Меня снова током прошибает. Уже в который раз. Ну да. Аня. А что здесь такого плохого, верно? Аня... Она всего лишь Аня...

— Ален, не нужно строить в голове черт-те что, — он поднимается с места, приближается. — Она звонила со вчерашнего вечера, а я не отвечал. Ты, походу, ее в черный список занесла. До тебя дозвонится не смогла. А рано утром я увидел сообщение.

— Позвонил, — кивает. — И маме своей тоже, чтобы рядом была. Бабушка разнервничалась. Ночью... в обморок упала, и ее в больницу увезли. Подробнее узнаем все там. Окей? Поехали?

Аленка лишь хмыкает. Зеленые глаза блестят яростью и... ревностью. Как бы до нее достучаться, чтобы поняла, что никто мне, кроме нее, не нужен? Лишь она. Моя Мышка.

Анна звонила до самого утра. Желания отвечать и слышать ее голос не было от слова совсем. Да и вообще, кроме мамы я ни с кем не разговаривал в последнее время, если не считать Рамиля.

Он — строго по делу. Изначально предупредил, что лезть не будет и учить меня уму-разуму тоже. У каждого своя голова на плечах. Каждый сам распоряжается своей жизнью. Ну и, конечно же, дал понять, что это мой последний шанс попытаться вернуть Алену. Естественно. Мне не нужно повторять дважды.

— Ревнуешь? — спрашиваю, открывая дверь автомобиля. — Нет, не ревнуешь. Тебе все равно, с кем я общаюсь. Провожу время и... сплю.