Жена для генерального

– Не представляю, что в голове у этого старого маразматика. – Я сделал еще один глоток. Кофе был горячим, но не обжигал. Рецепторы будто ничего не ощущали. Ни температуры, ни горечи.

– Но в прошлый раз после ДТП с твоим водителем до убийства той девушки... Карины прошло всего ничего.

Мышка снова озвучила мою собственную мысль.

– Думаю, сейчас он тоже медлить не станет, – пришлось сознаться. – Герасимов понимает, что прижала его не прокуратура. Противостояние идет один на один: я и он. А следствие, налоговая и прочие – только способы.

– И ему нужно остановить тебя, пока ты не сделал следующий шаг. Любой ценой.

Аглая забрала чашку и тоже отпила кофе. Даже не скривившись. Словно, как и я, ничего не чувствовала. Лишь губы заалели. На фоне белого лица, красные, подпухшие, они смотрелись как вызов.

– Если бы ты только знала, как я злюсь на себя, что не успел все решить за этот проклятый год!

Нереально было смотреть на нее и не трогать. Мне даже кофе больше не хотелось. Лишь прижать Аглаю к себе и выпить до дна всю тревогу.

– Подозреваю, способ быстро решить вопрос был только один. – Мышка поставила чашку на подоконник, сама обхватила меня за талию и уткнулась носом в грудь. – Но тогда тебя бы посадили. На много-много лет. – Она подняла голову. – Я не хочу. Нам с Сашей без тебя никак.

Я осторожно погладил ее по спине. Уже и не верилось, что часа три назад эта женщина сводила меня с ума своими откровенными ласками. Вела в нашей игре. И казалась самой смелой красавицей на свете.

Моя мышка. Нежная, хрупкая и слишком умная, чтобы спасаться от всех проблем непониманием.

– Маленькая, Дима обязательно что-нибудь нароет. Шульц наверняка не все нам отдал. Такие люди не уходят с тонкой стопкой бумаг. Скорее уж – копируют все архивы и уносят с собой.

– А если он будет долго торговаться? – Аглая закусила губу. – Та усадьба, где мы прожили неделю... Твой Штерн сказал, что сейчас она занята. Может, найдем другую? Уедем все? Заместители справятся с делами.

– Хочешь предложить медовый месяц? – Мои руки со спины соскользнули на ягодицы. Забрались под юбку и стиснули упругие половинки.

– Я еще не сказала тебе «да». Это шантаж! – Аглая не сопротивлялась. Сама подставлялась под пальцы и цеплялась за плечи.

– Женщина, на тебе мое кольцо, а в соседней комнате спит моя дочь. Это не просто «да» – это «да» в квадрате.