Жена для генерального

– Мне сообщили, что к тебе домой кто-то вломился. Рассказали про машины под домом и что полиция приезжала.

– Илья, все закончилось хорошо. Опасности не было, – Аглая говорила совсем как с Сашей, когда та не хотела есть брокколи или не желала отдавать грязную игрушку.

– Я чуть не поседел от страха за тебя. В тот же день прыгнул в самолет и полетел в Воронеж.

– Зря. Не нужно было.

– Твоя тетка тоже так говорила. Два дня мурыжила меня. Отказывалась давать адрес, как я ни просил. Под окном пришлось ночевать. На лавочке.

Чуть не околел в легкой ветровке. Но это того стоило!

– Лучше бы ты ее послушал...

– Это ведь он? Тот... – Илья будто слово проглотил. – Из-за которого ты бросила все и переехала в Воронеж?

– Я не обязана тебе ничего объяснять. Сиди, пожалуйста, смирно. Мне осталось совсем чуть-чуть.

– Аглая, я тебе уже говорил, но готов повторить – поехали со мной, – голос докторишки стал тише. Я не видел их, но готов был поспорить, что сейчас он держит мою мышку за руку и пялится на нее как блаженный.

– Нужно! Один раз он уже сделал тебя несчастной. Пожалуйста, не позволяй делать это с собой снова. Просто скажи мне «да», и я прямо сейчас заберу тебя с Сашей. В Москве всем хватит места.

На кухне послышались какие-то шорохи, скрип мебели и шаги.

– У меня уже и билеты есть. Для всех троих. Не захотите жить со мной, смогу ночевать на работе, а квартира будет в вашем полном распоряжении.

– Я ведь ничего для себя не прошу. Все ради тебя...

От последней фразы у меня окончательно сорвало крышу.

Он, оказывается, уже предлагал раньше жить с ним. Готов был заботиться о моей дочке вместо меня. Серьезно верил, что мышка может полететь с ним в столицу и заселиться в квартиру, которую я из своего кармана оплатил на год вперед, только чтобы избавиться от этого идиота.

Кулаки уже не просто зудели – они требовали съездить придурку по морде. Выбить из головы все мысли о моей женщине. Стереть в порошок.

Если бы не дочь за стенкой, наверное, ничто бы не остановило. Пар из ушей валил от желания крушить.

Но я уже знал, заранее, какой окажется плата. Видел в сочувственном взгляде моей мышки еще там, на ступенях подъезда. Чувствовал своим перештопанным нутром. И не сделал ни шага в сторону кухни.

Вместо этого, как не на своих ногах, дошел до ванной комнаты. Сбросил одежду прямо на пол. И вошел в душ под холодные струи.

Против жара помочь мог лишь холод. Старый знакомый друг, выручавший не раз. Сейчас его жестокая анестезия была мне особенно необходима.