Жена для Полоза

И она затихла, завороженная невесомыми прикосновениями огромного сильного тела. Мысли как-то сами собой выветрились, ей даже страшно не было. Откуда-то пришла уверенность, что этот Змей не причинит ей вреда.

— А есссли бы я явился к тебе таким, ты приняла бы меня?

Ни слова произнесено не было, чуть подрагивающий голос слышался в ее голове. Так странно, от этого легкого шипения волна мурашек прошла по коже. Он не был ей неприятен, даже наоборот…

— Я… не знаю, — выдохнула с трудом.

Новая трансформация. Теперь ее обнимал наг, плотно опутывая хвостом.

И это было…. Оля невольно ахнула, глядя в его золотые глаза. Слишком уж неоднозначные ощущения вызывали в ней его ласкающие прикосновения. Трудно было разобраться в себе, она невольно зажмурилась.

— Ответь, — дохнул ей в шею, еще и кончиком хвоста погладил.

Снова волна мурашек по коже. Она вдруг задохнулась, так это было сладко.

— Жена моя. Хозяйка.

Ей показалось, она ослышалась. А он уже снова был человеком, держал ее на коленях, обнимал за плечи своими большими ладонями.

И вглядывался напряженно. В синих глазах жажда.

Смысл дошел не сразу.

У нее в голове не укладывалось. Ведь это Полоз! И она…

— А как же… И почему здесь?

— Ты хотела бы, чтобы это произошло там?

Нет. Вот точно не там. Не на виду у всех. Точно.

Но сразу же пришли и другие мысли.

— А почему ты не сказал сразу?

Ей вспомнились собственные чувства, это ощущение ущербности. Снова стала просачиваться обида. Мужчина вздохнул и как-то странно усмехнулся, покачивая ее на коленях. Потом коснулся кончиками пальцев маленького золотого ужика на ее груди.

Она думала, промолчит. Но он все-таки же признался:

То как это было сказано. То глубинное, что за его словами крылось. Годы одиночества, холод, пустота, бремя власти. Надежда. Что-то такое тревожное и жаркое вдруг зажглось в груди в ответ на его слова и смыло разом всю обиду и неуверенность.

Простой вопрос. Могла ли она его любить таким? Да. Хотела ли? Да, хотела.

Он ведь тоже не ожидал, что его примут сразу. Потому что сначала даже дернулся и застыл, когда она прижалась щекой к его груди.

Но целовал так трепетно и сладко, что у нее голова поплыла.

Наверное, у нее в тот момент был довольно глупый вид, потому что он негромко и счастливо рассмеялся.

Они вдвоем ловили рыбу и жарили ее на костре. Вернее, это он жарил, а Оля сидела рядом. Смотрела на него из-под ресниц, любовалась.

А потом была страсть. Снова так тогда, безудержная, жаркая. Они провалились в нее оба.

Не хотелось выныривать.