Жена для Полоза

Ведь если она уже дважды проснулась и каждый раз галлюцинации были разные, почему нельзя проснуться в третий? И тогда все будет нормально.

Правда, немного смущало, что антураж при пробуждении не менялся. Кругом был все тот же похожий на тропический лес. И черно-зеленый сумрак.

Ничего. Надо сейчас постараться заснуть, подумала она. А наг кажется, стал двигаться стремительнее, к тому же, на пути теперь чаще попадались какие-то естественные препятствия, перемещение уже не было таким плавным. Ее иногда подбрасывало, и тогда этот чудовищный Змей резко прижимал ее к своей холодной чешуйчатой груди.

Оле каждый раз хотелось взвизгнуть и отстраниться, но он только крепче стискивал огромными лапищами. Вот как в таких условиях спать?!

Она боязливо оглядела его, стараясь, чтобы наг не заметил, и в очередной раз содрогнулась. Нет, класть ему голову на плечо не хотелось категорически. Значит, надо просто представить, что она в микроавтобусе, постараться зафиксировать шею. Закрыть глаза, выравнять дыхание, и…

— Эй, не вздумай ссспать, невессста!

Сердитое шипение у уха тут же заставило ее дернуться.

— Или ты хочешшшь, чтобы я тебя прилассскал? А? Чтобы ты забыла о сссвоих глупоссстях?

Его огромная лапища прошлась касанием по ее голому животу и поднялась к груди, а потом снова двинулась вниз. Вот тогда Оля действительно в голос заорала:

И забилась, пытаясь вырваться из лап чудовища и сбежать от противоречивого ощущения. Потому что, против ожидания, прикосновение не было неприятным, наоборот.

Но оно задевало какие-то непонятные темные струны и вызывало реакцию. Постыдную и нежелательную.

— Есщщще? — с усмешкой прошипел У-Лэншшш, видя, что с ней творится.

И прошелся своей ладонью по ней снова.

— Нет, не надо, умоляю. Я не буду спать. Не буду, — забормотала Оля, глотая от страха половну букв.

— Так-то лучшшше, — прошипел тот, внимательно глядя ей в глаза, и вдруг приблизил к ней свое кошмарное чешуйчатое лицо. — Хорошшшо пахнешь.

Тонкой ленточкой метнулся между черных губ кончик раздвоенного языка.

А Оля подумала — все, это конец. Однако он не дал ей отключиться, тряхнул снова и недовольно зашипел:

— Смирисссь уже, успокойссся и почувствсссвуй нассслаждение, которое только мы можем подарить.

Наслаждение? Протест и ужас! Ольга мгновенно сжалась, мышцы напряглись как камень. А Змей засмеялся. Так обидно и унизительно… Она отвернулась, потому что злые слезы стали наворачиваться на глаза.