Жена для Верховного мага

 — Но почему ты сразу не показался лекарям? Магам, я имела в виду, — на что старый Дормер, все еще стоявший у меня над душой, сморщился, словно я накормила его кислыми лимонами.

— К каким именно? — снова усмехнулся Льер. — К Темным, которые вломились в мою лавку, заявив, что все переходит в собственность Армии Справедливости? А когда я попытался возразить, убили моих людей и всадили мне стрелу в грудь, бросив подыхать как собаку?

— К Светлым, для разнообразия, — заявила ему.

— Светлые сидят в королевском дворце, пытаясь спасти жизнь мужеложцу-королю и его фаворитам.

Остальные либо сбежали из города, спасая свои шкуры, либо затаились, как церковные мыши. — Тут я наконец-таки размотала его повязку и уставилась на страшную, кровоточащую рану. — Лишь одна маленькая и смелая магичка сама явилась ко мне в логово. Ну как, нравлюсь я тебе?

— Не особо, — призналась ему, подумав о его ране.

— Ты разбила мне сердце.

— Еще немного, и его бы разбили и без моей помощи. Но ничего страшного… Вернее, ничего страшнее этого я еще не видел!

— Рад, что я у тебя первый, — заявил мне Льер.

Пока я рассматривала его рану, прикидывая, что и как, он, не скрываясь, пялился на меня. — Итак, я у тебя буду первым?

Но я отмахнулась, потому что мне было не до его шуточек.

— Мне надо сосредоточиться, — заявила ему.

Мой пациент был крепким и отлично сложенным. Правда, в отличие от моего собственного мужа, на его коже виднелись старые, зажившие шрамы — следы борьбы на выживание и восхождения на трон преступного мира.

— Руку убери, — попросила его, почувствовав чужое прикосновение к своей лодыжке.

 — А то ведь можно остаться без нее. Без нее и без правого легкого.

Руку он убрал, и я принялась за работу. Сперва влила в него порядком магии, искренне удивляясь тому, как он продержался так долго. Был не только на ногах и в сознании, но еще пытался работать, шутить и даже ухлестывать за девушками.

— Похоже, ты до сих пор жив только потому, что очень хочешь жить, — наконец, сделала я вывод. — Держишься исключительно на одном упрямстве.

— Не без этого, — согласился Льер. — Дело в том, магичка, что мне нравится эта жизнь и все те наслаждения, которая она дает.

— И ты продолжишь ею наслаждаться, — пообещала ему, — потому что я смогу поставить тебя на ноги. Но это займет довольно много времени.

— У тебя есть все время на свете! — усмехнулся он. — Считай, что я тебе его дарю.

Но я покачала головой.

— Все не так просто, — заявила ему. — И мне нужны подарки совсем другого рода.