Но сделать это практически невозможно, потому как поведение Воскресенского не просто раздражает, оно вызывает один лишь гнев. Моему будущему супругу оказывается просто плевать на все происходящее. Я начинаю заводиться ещё сильнее и боюсь, что к моменту своего приезда в ЗАГС просто влеплю Дане пощечину и сбегу от него как можно дальше.
— Остановите, пожалуйста, я неважно себя чувствую, — говорю я водителю.
Мужчина послушно выполняет мою просьбу. И уже через несколько секунд я оказываюсь на обочине дороги. Оглядываюсь по сторонам и невольно улыбаюсь.
Вокруг царит осень. Потрясающее время года, пейзажи которого возвращают меня в детство. Прикрываю глаза и вспоминаю, как я со своим братом Костей и его компанией ходила в походы, где собирала листья разных цветов, чтобы спрятать их в какую-нибудь старинную книгу. Любуясь осенними красотами и восторгаясь потрясающими пейзажами, я довольно часто теряла счёт времени, и Косте порой приходилось искать меня.
— Агния Викторовна, нам пора! — из воспоминаний меня выдергивает мужской голос.
— Да, мне уже лучше, — рассеянно говорю я.
Успешно перезагрузив свой мозг, натягиваю на губы счастливую улыбку невесты и в таком виде подъезжаю к дворцу бракосочетания. Моего жениха нигде не видно, и я решаю, что этот человек ещё не приехал, но сто́ит мне только об этом подумать, как из-за угла здания показывается Воскресенский, а за ним… та самая брюнетка, которая закатывала истерики несколько недель назад. Она выглядит несколько взвинченной, а губная помада и вовсе оказывается стёртой.
Девушка пристально смотрит вслед Даниилу, а меня буквально передергивает от осознания того, что между ними только что происходило. За несколько минут до свадьбы. Она переводит взгляд на меня и одними губами говорит ""он мой"". Но меня удивляет не то, что она претендует на Воскресенского, а то, что она вообще присутствует на нашей свадьбе. Кто она, и что ее связывает с Даниилом?
— Прекрасно выглядишь, Агги! — губы Воскресенского расплываются в широкой улыбке.
Я ощущаю горячее дыхание на своей щеке, а прикосновение оказывается и вовсе едва заметным.
— Привет, Даниил, — сдержанно отвечаю. Смотрю на толпу собравшихся людей, не желая встречаться с глубоким прожигающим во мне дыру взглядом будущего супруга.
Внутри меня разгорается не просто обида, скорее, это можно назвать ревностью, но я пытаюсь подавлять ее, не признаваясь самой себе в том, что этот человек уже начинает что-то значить для меня.
