Я все решу.
Легко ему говорить! То, что Джалал работает вместе с Ахметовыми – это уже как заявление о его победе. Ахметовы сильны. Они много лет враждовали с моим свекром, пока в качестве жеста мира не договорились поженить Раяну и одного из своих сыновей, но бедная девочка сбежала от них и в итоге погибла, как и преследовавший ее муж, после чего Ахметовы снова объявили нам войну. Мне слабо верится, что Булат сможет противостоять им в одиночку. Он все же не его отец. И даже не Джалал. Как бы я не презирала теперь бывшего мужа, я не могу не признать, что он на многое готов, лишь бы добиться своего, а в Булате слишком много человечности, чтобы выжить в их мире.
* * *Время идет, дни формируются в недели, а ничего толком не происходит. Теперь, когда Булат пообещал мне свободу, я становлюсь нетерпеливой в ожидании освобождения из тюрьмы, в которую превратился для меня этот дом."
"Мне все еще больно от осознания того, что любовь всей моей жизни, то, что я считала самым светлым, что было у меня, оказалось одной большой ложью.
Мне еще труднее существовать в месте, которое наполнено нежеланными теперь воспоминаниями. Я задыхаюсь, не знаю куда себя деть и умираю от тоски. Почему же ничего не происходит? Чего ждет Булат? Он ничего мне не рассказывает, так, иногда выдает небольшие детали, но в них слишком мало информации.
А недавно, в нашем доме, в мужском крыле, занимая комнаты, которые находятся рядом с бывшими апартаментами Джалала, поселилась молодая женщина с ребенком.
Булат запретил мне приближаться к мужскому крылу, так что я держусь подальше, но любопытство одолевает меня с каждым днем все больше и больше. Прислуга болтает и я знаю из случайно услышанного, что женщине запрещено покидать свои комнаты. В коридорах теперь дежурит круглосуточная охрана, как в женском крыле, где живем мы с Раисой, так и в мужском.
Как-то вечером я решаю навестить маму Булата, которая уже несколько дней не выходила из своей спальни, но замираю у порога, так как дверь открыта, а в комнате Булат с Раисой разговаривают на повышенных тонах.
– … твой внук!
– Он незаконорожденный! Ублюдок от безродной девки! – зло шипит Раиса.
– Не смей так говорить о моем сыне, мама! – не менее зло отвечает ей Булат. – Он мой ребенок, мой единственный наследник, так что смирись с этим!
Я уже знаю, что ребенок, живущий в мужском крыле, принадлежит Булату, так что не удивлена, но меня поражает то, как о нем говорит Раиса.
