Жена Эмиля. Наследник для Зверя (СИ)

– Надо бежать, Дина. Давай, вылезем незаметно, пока они там собрались...

– Не смогу, – глаза остекленели. – Не хочу тебя пугать... у меня второй день спина разламывается, я хожу с трудом… И мне не в чем идти.

– Сможешь, надевай, – Алена стащила свои сапожки. – Они убьют нас, ты же слышала!

Она сорвала с ног промокшие тапочки и натянула на меня свою обувь. От овчины тут же разлилось по ступням долгожданное тепло.

– Давай пальто, а ты возьми куртку, – Алена бросила тревожный взгляд на черные силуэты у крыльца и сглотнула.

– Живее. Я не могу допустить, чтобы беременной что-нибудь сделали. Беги, где-нибудь затаись, а потом попробуй выйти к дороге. Здесь недалеко, ты сможешь!..

Алена приоткрыла дверцу, пристально наблюдая за крыльцом.

– Выходи, они свет выключили, одежда темная, главное, тихо. Отойди подальше, а потом беги.

Между машинами была густая тень. У них нет собак, но есть фонари – они найдут меня в два счета. Но я закуталась в аляску, боком выскользнула из машины и присела. Алена ждала в машине, пока я уйду.

Укатанный снег не скрипел, но вокруг головы появилось облачко пара от дыхания, я попятилась на четвереньках, не сводя глаз с ахмедовских. Если что, скажу вылезла из машины в туалет… То ли от страха, то ли из-за движений низ живота напрягся и заныл. С другой стороны так же тихо из машины выбралась Алена.

Может быть, это единственный шанс. А затем нас увезут, и под утро пустят в нас по пуле, чтобы проучить Эмиля и избавиться от свидетельниц. Я отползала в темноту, понимая, что в черном меня отлично видно на снегу.

Не знаю, на что мы рассчитывали… Попытаться стоило. Я не хочу быть пешкой в их руках, не хочу рожать здесь и отдавать ребенка в руки врагов. Я надеялась на Эмиля, что он спасет, как вынес меня на руках из подвала. Надеялась, на Андрея. Слепая вера опасна, но она придает сил.

Нас сразу заметили и от крыльца раздались крики. Перепуганная, я легла в снег боком, от страха не ощущая холода, хотя он сразу впился в трясущиеся руки и голые ноги. Алена побежала, на крыльце вспыхнул свет фонаря.

Ей прицелились в спину навскидку, раз выстрелили, но в следующее мгновение свет споткнулся, стрелок повалился в снег и выронил фонарик.

Фонарь погас. Не знаю, попали в нее или нет, но я отчетливо поняла, что это последняя возможность. Я была почти у деревьев, еле доползла до них и вдруг потеряла равновесие – под собственным весом сползла по насту в овраг. Задыхаясь паром от дыхания, заползла в один из участков темноты и замерла.