Во время нашего незапланированного путешествия наемник очень сильно проникся историей знахарки и малышки и всю дорогу держался рядом с ними и помогал им. А может, он проникся не историей, а самой Мартиной?
— С удовольствием ее навещу! — блеснул он глазами.
— Тогда поехали, — хмыкнул генерал и обратился к нам с мачехой: — Дамы, прошу прощения, но мне нужно кое-что обсудить с Матео, поэтому я буду сопровождать вашу карету на лошади.
Нам ничего не оставалось, кроме как кивнуть, и я решила, что поговорю с ним во время обеда.
Хотя в карете это сделать было бы удобнее.
Но и во время трапезы поговорить не удалось — приехал отец с несколькими аристократами, которые воспользовались случаем, чтобы пообщаться с генералом, и разговор пришлось отложить. Это уже начало раздражать. Мне нужно было поделиться с ним такой важной информацией. Поэтому, когда генерал уже по обыкновения после обеда прогуливался в саду и остановился передохнуть в тени дерева под моим окном, я перегнулась через подоконник и позвала:
— Серж!
Заозиравшись, мужчина поднял голову и увидел меня.
— Эмма? — его брови от удивления взметнулись вверх.
— Серж, я понимаю, что это может прозвучать странно, но нам нужно поговорить. Прямо сейчас.
Он ненадолго задумался и снова огляделся:
— Мне пройти в гостиную?
Я представила, как сейчас вокруг нас снова начнется суета, набежит целая свита из дуэний. Отец тоже может захотеть поприсутствовать — он еще не уехал обратно во дворец наместника, — и раздражение захлестнуло с новой силой: опять ведь не дадут объясниться! Я, конечно, понимаю, что местные получше меня должны понимать, что кахетцы не так просты, как кажутся, но поделиться своими умозаключениями была обязана.
Судя по поведению мачехи и других аристократок, это точно будет нелишним.
— Не надо в гостиную, — вздохнула я, прикидывая, как генерал воспримет предложение забраться ко мне в спальню по дереву. Точно ведь не поймет, но… В каждом мужчине жив мальчишка, как и в каждой женщине — восторженная девочка. Конечно, эти внутренние мальчишка или девчонка у каждого живут на своей глубине подсознания, но… — Серж, а забирайтесь сюда, ко мне.
В ином случае нам не дадут поговорить наедине.
— Куда? — брови генерала взметнулись еще выше.
Но я заметила в уголках его губ озорную улыбку, поэтому позволила себе кокетливо улыбнуться и ответила:
— Ну, могу, конечно, и я к вам, но боюсь, что при этом мое платье и честь, пострадают так сильно, что свадебный обряд придется проводить уже сегодня.
