Жена императора-изгоя (СИ)

Официально же они пригласили правителя драконов для обсуждения границ. Им казалось, что магия, наполняющая пространство вокруг их земель, распространяется и на нейтральные воды. Саламандры хотели передвинуть границы к нашим землям. Что произошло потом – никому не известно.

- Думаю, стоит отправить войско численностью в пятьдесят голов. Это не будет выглядеть агрессивно, но станет хорошим сдерживающим фактором для саламандр. Против такого количества ящеров они не решатся пойти. Двадцать кораблей – это недостаточно.

Впрочем, мы можем упускать что-то из вида, - Вейрох нахмурился.

- Вышли сотню, - отдал я приказ. – Мне плевать на то, что подумают саламандры. Они должны понимать, что их действия выглядят странно.

- Слушаюсь, Ваше Величество, - кивнул военачальник.

После того как указ был отдан, и мы с Вейрохом остались наедине, он поинтересовался:

- Как супружеская жизнь, дружище? Что-то лицо у тебя сильно напряжённое.

Я хмуро глянул на военачальника.

- Не смешно, - процедил.

- И не думал, - приподнял бровь Вей.

- Ты же знаешь, что Эберми предприняла, чтобы не ехать на отбор. Как я могу прийти к ней в спальню? Да она умрёт от отвращения!

Только с другом я мог быть столь откровенным. Когда-то он вытащил меня с поля боя, спас жизнь, а потом выхаживал, кормя с ложечки как ребёнка. Терпел мои истерики, когда я осознал произошедшее и после. Мне было тяжело учиться управляться одной рукой. Я от рождения являлся правшой, и теперь чувствовал себя беспомощным, словно грудное дитя.

Поражаюсь терпению Вейроха. И он не отвернулся от меня, несмотря на слабость. Не стал бросать презрительные взгляды. Друг и соратник продолжал относиться ко мне по-прежнему. Наверное, только это помогло мне выкарабкаться. Если бы в тот момент я остался совершенно один, то не выдержал бы. Позже Вейрох даже тренировался со мной, терпеливо ожидая, когда я овладею мечом заново.

- Ты надумываешь. Снова, - тяжело вздохнул Вей. – Я видел, как она смотрела на тебя, стоя перед алтарём.

В её глазах не было и капли презрения или брезгливости.

- Это ты надумываешь! – огрызнулся. – Мне импонирует твой оптимизм, но иногда это качество просто бесит. Эберми никогда не посмотрит на меня, как на достойного мужчину и защитника. Как на желанного партнёра. Ни одна женщина не посмотрит!

Вейрох только издал стон, махнул рукой и покинул кабинет.

А вот я смотрел на хрупкую девушку и представлял её в своих объятиях, украдкой, пряча образы от самого себя.