Глава 18
Когда Вероника открыла дверь, я сразу понял, что все хуже, чем я думал. Вид у нее был разбитый и болезненный. Но когда она обмякла прямо в моих руках, подступила настоящая паника. Я подхватил ее и понес в комнату, уложил на диван. Попробовал лоб — горячий. Плохо.
Пошел на кухню. На столе стоял нетронутый завтрак. Она что, ничего не ела? Еще хуже.
Набрал стакан воды. Вернулся к Веронике. Она застонала, открыла глаза и снова закрыла.
— Ника, Ника, — настойчиво звал я, приподнял ее, она посмотрела мутным взглядом, я поднес стакан с водой к ее губам, она отпила немного, отвернулась.
Вероника пришла в себя, но была безвольная, и глаза, полные боли, и виноват в этом я. Черт! Как же ее привести в чувства? Пользуясь тем, что Вероника не сопротивляется, прижимаю ее к себе, вдыхаю родной запах.
— Господи, как я соскучился, — говорю вслух. Вот теперь она начинает вырываться. Ловлю ее за руки, смотрю в глаза.
— Ника, это все неправда. Послушай меня! Эта запись, она старая. Я тебе не изменял, клянусь!
Выражение ее лица никак не меняется.
— Уходи, — только и говорит она.
— Послушай, дай мне все объяснить. Пожалуйста.
— Зачем?
— Потому что я люблю тебя, не могу жить без тебя.
— То есть тогда я не была готова к громким словам, да? А сейчас, думаешь, готова? — по крайней мере она оживляется. — Сейчас у меня уши больше? Больше лапши влезет? — зло говорит она, садясь на диване. Эмоции все же лучше ледяного безразличия.
— Не знаю. Но молчать я точно не собираюсь, чтобы позволить этой тупой суке все испортить.
Она ведь именно этого и добивалась!
— Ее главное достоинство не в мозгах, ведь, правда? А тебе главное — результат! Разве нет?
— Вероника, я понимаю, как все это гадко выглядит. Да, я с ней спал. Раньше. Давно. Я тебе говорил, что у меня были женщины. Запись старая, я могу доказать. Не знаю, на кой хрен Лариса сделала ее, но было это несколько месяцев назад. Я тогда и представить не мог, что встречу тебя. Если бы мог, еще тогда выгнал бы эту дуру, — Вероника молчит. Глаза закрыты, я не могу понять, что она думает.
Поэтому продолжаю. — Твою подругу я смог убедить. Думаешь, почему я здесь?
— Господи! Наташа здесь причем?
— Я не знал где тебя искать, домой к тебе поехал, там этот ушлепок пьяный, твой бывший муж, начал мне втирать, что вы помирились. Короче, выбесил меня, я ему по зубам дал, он признался, что ты ушла. Больше ничего не сказал. Потом я вспомнил, что ты про подругу рассказывала, которая у вас в бухгалтерии работает. Я к ней.
