Егор тянет за змейку на кофте, нетерпеливо стягивает ее и бросает на пол. Руки забираются под футболку, нежно гладят спину и живот. Забираются под резинку штанов, потом возвращаются вверх. Футболка тоже летит на пол. Он отступает на шаг, смотрит жадным взглядом. Вижу, что глаза его задерживаются не только на белье, но и на синяках, все еще цветущих на моем теле. Это как-то сразу охлаждает пыл. Я хочу закрыться, уйти, но Егор не дает. Он прижимает меня к себе, потом подхватывает на руки и несет в спальню. Опускает на покрывало, снова впивается в губы.
Потом отрывается, говорит, тяжело дыша:
— Обещай, что скажешь, если я забудусь и сделаю тебе больно.
— Обещаю, — говорю так только потому, что он хочет это услышать.
— Я буду осторожен, но все же.
Вместо слов закрываю его рот поцелуем. Пусть молчит. И пусть не будет осторожен. Я хочу, чтобы со страстью, чтобы как последний раз. Ведь я еще не решила, будет ли следующий. Хотя, я даже представить не могу, как смогу теперь прожить без его поцелуев, прикосновений.
Это как наркотик. Узнав, что значит ломка по нему, страшно даже в мыслях возвращаться туда. Еще страшнее от понимания, что мои страдания после развода не идут ни в какое сравнение с той агонией, которую испытала, когда думала об измене Егора. Но сейчас я уже не могу остановиться. Я отвечаю на его поцелуй со всей страстью, которая ударила в голову, сделала чувствительным тело. Мысли улетают из головы, остается только примитивное желание отдаться любимому мужчине. Его руки становятся грубее, смелее.
Новое белье летит в сторону от кровати, и вот он уже на мне, во мне, покоряет меня своим мощным телом. Жаркий шепот подстегивает чувства:
— Вероника! Я так соскучился! Моя девочка! Я больше тебя и на день не отпущу. Мне больше на хрен не нужен никто! Веришь мне? — он вдруг останавливается, и отчаянно заглядывает в глаза. Повторяет вопрос:
— Веришь?
А я сейчас готова сказать все, что угодно, лишь бы он не останавливался.
— Верю, — стону я. — Верю. Только продолжай!
— Какая горячая, развратная девочка! Люблю тебя! — шепчет он и, наконец, дает то, чего я так хочу.
Его резкие движения подводят к грани, за которой я уже не соображаю ничего, перед глазами искры, а тело взрывается неземным удовольствием. Оно накатывает девятым валом, качает на волнах и медленно отступает.
Сознание возвращается не сразу. Сейчас я могу только лежать и тяжело дышать, ожидая, пока снова смогу чувствовать свое тело.
Медленно открываю глаза, Егор лежит рядом.
