Сейчас не собиралась готовить что-то сложное. Я решила обжарить картофель с мясом. Достала все необходимые продукты, почистила, помыла. Когда уже заканчивала готовить, раздался звонок в дверь. Наверное, Егор. Побежала открывать.
Распахнула дверь с радостной улыбкой и обомлела. Передо мной стоял Виктор. Господи, Гордеева, ты же опять в глазок не глянула. Как можно быть такой беспечной дурой?
— Привет, — произносит Виктор.
— Привет.
— Меня ждала?
— Нет. Что тебе нужно? — только сейчас рассмотрела, что лицо у него в синяках.
Так тебе и надо, козлина."
"— Вероника, давай поговорим.
— Нам не о чем. Иди к своей Инге, разговаривай. И живи там. Там же твоя квартира, что тебе от меня надо?
Он тяжело вздыхает и отводит взгляд.
— Не моя. Эта сука обвела меня вокруг пальца, — это кое-что объясняет, и все же.
— Сочувствую. А я здесь причем?
— Ника, ты же не выгонишь на улицу отца своего ребенка? — нормально заговорил!
— А, то есть ты мог выкинуть меня из квартиры, как паршивую собачонку, а я должна тебя пожалеть? — меня начинала захлестывать злость.
— Прости меня за тот случай. Ты меня уже достаточно наказала, — показывает на свое лицо, — знаешь, что мне пришлось пережить в тюрьме? Это твой хахаль постарался? Сама бы ты не решилась на такое, — как хорошо ты меня знаешь! Сволочь!
— Решилась тогда и решусь еще раз! — уверенно заявляю я.
— Ладно, Ника, давай забудем все это. Мне жить негде. Понимаешь?
— Понимаю. Только после того притона алкашни, который ты тут устроил, об этом не может быть и речи.
— Я не буду больше пить, обещаю. И вообще, я многое понял за это время. Ты — это лучшее, что было в моей жизни. Давай поговорим спокойно. Не на пороге.
— Нет. Нам разговаривать не о чем.
— Это из-за того мужика, да? Быстро же ты меня забыла.
— Я о тебе и не вспоминала.
— Врешь. Мне рассказывали соседи, что ты меня забыть не можешь. Ты ведь любила меня.
— Это было заблуждение молодости. Только вот ты меня никогда не любил!
— Неправда.
Я и сейчас люблю тебя, — Боже! Что он несет! Раньше, может быть, я бы растаяла, Виктор видимо на это и рассчитывал. Только сейчас у меня как будто пелена с глаз спала. Я отчетливо вижу — это все вранье, очередная лапша.
— Я что похожа на такую дуру, которая в это поверит? Уходи по-хорошему!
— А то что, опять в тюрьму меня упечет твой ёбырь? — неожиданно зло говорит Виктор, лицо его резко меняется. В них видна злость, и даже ненависть.
