Жена из прошлого (СИ)

 — Меня зовут Стиг, к вашим услугам, эйрэ. Леди…

Стюарт ушёл, и я, не теряя времени, схватила с кровати пару подушек и понесла их на жилую площадь «мужа». Бросив подушки на диван, услышала за спиной недоуменное покашливание.

А обернувшись, сказала:

— Вы, господин ультор-муж, будете сегодня ночевать здесь. — И на всякий случай добавила: — Иначе здесь не будет меня.

На секунду или две на лице дракона проступило неподдельное удивление. Кажется, ему даже в голову не приходило, что новообретенная жена не пожелает делить с ним брачное ложе.

Вывод: драконья память ничем не лучше девичьей.

Делагарди с сомнением оглядел изящный диванчик, обитый блестящей шелковистой тканью.

— Боюсь, я на нём банально не помещусь.

Я безразлично пожала плечами:

— Тогда вот тебе альтернатива — полы здесь большие.

— И жёсткие, — дракон недобро сощурился и, шагнув ко мне (ну вот, спрашивается, зачем?), твёрдо, если не сказать жёстко, произнёс: — Я дал слово, что и пальцем тебя не трону, и намерен его держать.

От его последних слов, безразлично пренебрежительных, почему-то полыхнуло в груди и на щеках.

— Ещё ты обещал, что у нас будут раздельные спальни.

— Дома, — заметил Делагарди, вплавляясь в меня взглядом, по-драконьи хищным, почти угрожающим. — Но мы ещё не дома.

Я скрестила на груди руки, отзеркаливая этот хищный, угрожающий взгляд, и решительно произнесла:

— В одной постели нас всё равно не будет.

Я было ринулась к кровати, чтобы стащить с неё и одеяло (для мягкости), но Делагарди преградил мне дорогу. Коснулся локтя, мимолётно, почти неощутимо, а меня снова накрыло чужой эмоциональной лавиной. И страха среди всех эмоций однозначно было больше.

— Женя, послушай, я не собираюсь посягать на твою честь. И принуждать тебя ни к чему не намерен.

То есть в Гратцвиг я лечу играть фальшивую жену по собственной воле и хотению? Ну-ну…

— Но если бы мы остановились в разных каютах, это вызвало бы ненужные слухи, — добавил Эндер, и я тихо хмыкнула.

— То есть дело не в том, что свободных кают на этом гигантском, просто невероятно огромном дирижабле не осталось? Ты слухов опасаешься.

— И этого тоже. — Он нахмурился, отчего на переносице обозначилась глубокая складка.