Жена из прошлого (СИ)

Правда, любимая?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я нехотя кивнула и заметила, как девочка побледнела. Тонкие пальцы схватили и сжали рукоять ножа для рыбы с такой силой, словно она готова была на меня с ним наброситься. Или на Эндера… За столь вопиющее, по её мнению, предложение.

Сделав над собой усилие, Эдвина разжала пальцы и дрожащим от ярости голосом процедила:

— Я лучше позволю обучать себя жабе, чем буду принимать уроки от Раннвей!

Вот, значит, как… Сидеть за одним со мной столом мы не желаем, музицировать вместе тоже.

Что это? Обида от того, что Раннвей исчезла, или нечто большее?

Разрядившаяся было обстановка снова накалилась. Будь Эдвина на самом деле моей племянницей, и я бы сказала ей пару ласковых. Но сколько бы ни хорохорилась, я была чужой в этом доме. Я здесь не хозяйка и эта девочка мне тоже чужая.

Перевела взгляд на Делагарди, безмолвно спрашивая, как он поступит.

Эйрэ не стал нервничать, не стал заводиться. По крайней мере, внешне остался невозмутимым, и голос его звучал спокойно:

— Раз это то, чего ты хочешь, Эдвина, значит, так тому и быть.

Бальдер, — он подозвал притаившегося в дальнем углу дворецкого. — Позаботься о том, чтобы к утру к нам доставили жабу, и чем крупнее, тем лучше. Посадим её за рояль рядом с Эдвиной, и я лично прослежу, чтобы ни одна из них не сдвинулась с места, пока урок не закончится.

Ого, он и такое может? В смысле зачаровать бедную амфибию. Или ещё что похуже придумает? Например, пришпилит её чем-нибудь к сиденью стула… Я поморщилась и Эдвина тоже.

Не знаю, о чём думала она, беспокоилась ли о ни в чём не повинном создании, как я, но было видно, что идея эйрэ ей не по нраву.

— Ты это серьёзно? — наконец выдохнула она, явно не веря, что её опекун способен на нечто подобное.

— Я также серьёзен, как и ты, Эдвина. Если тебя не устраивает Раннвей, будешь заниматься с жабой.

Девочка задохнулась от негодования. Безмолвного, потому что дерзить в адрес опекуна она не отваживалась.

Это нежданной тёте можно говорить всё, что полезет в голову. Но не дракону.

Решив, что на сегодня семейных концертов с меня достаточно, я поднялась.

— Пожалуй пойду. Уже поздно, устала…

Делагарди потянулся ко мне, чтобы коснуться моей руки. С трудом подавила дрожь, которая появлялась всякий раз, когда мы соприкасались кожа к коже. Тут же пробуждался страх Раннвей и ещё что-то… совершенно иное.

— Останься. Илма приготовила твой любимый черничный пирог с мороженым.