Вроде и выбросить жалко, а вроде и ненужный – ну куда он такой годится? Странный, к тому же. С марта по март с разницей в пять лет. Да и прежний хозяин все говорил, что приедет и заберет, но после продажи так и не приехал.
В квартиру вошли. Я сразу поняла, что вошедший человек – это ее муж. Женщина так прижалась к нему и вдруг снова вспомнила, что я – непрошеная гостья здесь, начав угрожать полицией.
- А где висел этот календарь?
- Так в спальне, которая самая дальняя.
Спальня Эмина, поняла я.
Перед своим уходом я пожелала:
- Будьте здесь счастливы.
- Но кто вы? – донеслось вслед.
Я обернулась перед выходом, но не нашлась, чем ответить. Будет лучше, если эта семья не узнает, чья жена приходила в их новую квартиру. Ни к чему.
- Возьмите, - протянула я конверт, - сегодня вы меня не видели, но зато завтра вы доделаете ремонт на балконе. А еще примите мой совет: не красьте стены черным. Осенью с видом на реку на балконе будет еще более жутко.
Улыбнувшись напоследок, я спустилась на парковку и покинула комплекс.
Вот и все, мой король. Твоя маленькая дышит полной грудью. Не сердись за самоуправство. Так было нужно.
Я вспомнила календарь и вдруг горько усмехнулась.
В тот мартовский день, с которого начинался календарь, я села в поезд, и мы с мамой уехали. Именно тот день отмечен крестиком самым первым.
Это означало лишь одно: Эмин не только считал дни до моего возвращения, но и уже назначил дату нашей встречи.
Если бы Дамир не появился в моей жизни.
Если бы Эльман не позвонил случайно своему отцу.
Если бы не та ночь в Санкт-Петербурге.
Эмин бы все равно вернул меня в марте грядущего года.
Я рассмеялась, будто безумная. Эмин Шах, ты - безжалостный король. И жизнь еще не раз покажет, что я тебя, оказывается, совсем не знаю.
От автора:
Друзья, уже завтра я выложу эпилог, за который мне совсем не стыдно. Который я полюбила всем сердцем без преувеличения. Я уверена: этот эпилог достоен всей истории Эмина Шаха.
И я уверена, что он Вам понравится. Нет... он Вам запомнится!
Эпилог.
Часть первая
Пять лет спустя
Волгоград
Вино лилось рекой, а разговоры не смолкали даже ночью – за многие годы это была первая подобная ночь. Ночь не страсти и любви между мужем и его беременной женой, а ночь разговоров, не стихающих ни на минуту.
Если бы десять лет назад мне кто-нибудь сказал, что мой муж решит выстраивать доверительные отношения со своими дальними родственниками, я бы расхохоталась этому человеку прямо в лицо, не меньше.
