Меня никто не трахал, но Эмин думал об этом слишком долго и потому произнес это так яростно, со злостью.
Он думал об этом, нарочно причиняя себе боль.
- Тебя невозможно забыть, Эмин. Ты не понимаешь?
В моем голосе горечь.
Эмин скользит по бедрам голыми пальцами, хватается за мои колени и раздвигает их в стороны.
Блуждающий взгляд по телу и полное отсутствие звуков.
В его глазах только я. И он во мне. Обнаженный. Он уже брал меня в своих мыслях. Прямо сейчас.
А еще он сходил с ума. Сильно. Страшно.
- Хочу знать, - тяжело прохрипел он, - знать, со сколькими ты спала, моя маленькая. Скажи их число. Сделай мне больно.
Я тяжело задышала. В глазах появилась резь. Болезненная. Влажная.
Хотела колени свести, только Эмин не позволил. Смотрел на меня и представлял, сколько членов внутри побывало. С болью представлял, с горечью.
Он снова все испортил.
Вместо звонка с дверью Эмин предпочел увезти меня прямо у подъезда. Он же хозяин города. К чему спрашивать?
Вместо нежности – он отхлыстал меня ремнем, состоящим из горьких слов.
- Сколько в тебе побывало? – продолжил он требовательно.
Я зажмурилась.
И отвернулась от Эмина.
Он как самоубийца, как жертва – пытался сделать себе больнее перед полетом в бездну. Перед тем, как трахнуть меня, он создавал себе горечь с привкусом алой боли.
- Трое? За четыре года сколько их было у тебя, твою мать?!
- Не груби мне, - я стиснула челюсти.
В серых глазах что-то вспыхнуло.
По телевизору Эмин был совсем другой. Холодный.
Расчетливый. А сейчас в его мыслях ни капли разума, лишь желание обладать. Мною.
- Или ты только с одним трахалась? С тем, что звонил тебе? – он давил, подавлял.
Заставлял признаться.
Я поднялась – молниеносно. Его яростный хрип затих после моей пощечины. Звонкой, больной. Желваки заходили на его скулах, в глазах заметались искры.
- А тебе какая разница? Или, может, ты верность мне хранил?! – я тихо выдохнула.
Эмин не ответил.
Но я поняла, что это край.
Либо откатывать назад, либо в щепки дом громить.
На мелкие камешки. Со зверем иначе быть не может.
- Меня никто не трахал. Ни разу. Никто внутри не был. Кроме тебя. Четыре года назад. Последний секс был с тобой. У входной двери, когда ты кончил в меня.
После чего я забеременела.
Я резко замолчала, глотая воздух.
Слезы глотая.
Горечь слов и сладость желания. Животного, инстинктивного.
- А на том вечере мне показалось иначе. Сбежала, виляя бедрами. С ним в обнимку.
