Жена князя Луны

– Какие отношения вас связывают с Арфель Льефф? Отчего вы столь отчаянно защищаете ее?

– Оттого, что я мужчина, а она слабая девушка, ставшая игрушкой в лапах нелюдя, – с едкой усмешкой произнес Ричард. – И оттого, что собираюсь добиваться расположения госпожи Хемм.

– Госпожа Хемм замужем, – ощерился ти-Риэл.

– Отношения госпожи Хемм и ничтожества, смеющего называть себя мужем, уже давно любимый анекдот в нашем городе. Позвольте проводить вас.

Илуора смешил этот отчаянно храбрящийся человек. Оборотень ясно чувствовал, что целитель напуган, не уверен в собственных силах, но все равно стоит на своем.

Это было так по-человечески глупо.

– Проводите. Мы вернемся утром.

– Что будет дальше? Узы ша-раарти – что они дают?

– Крепкую ментальную связь. Вы можете не бояться, что я причиню госпоже Льефф боль, ведь ее боль станет моей болью.

– Вы разделите чувства, верно?

– Да.

– О, сколько чудных открытий вас ждет, милорд нид Энтан. Но что с остальным?

Они прошли по коридору до входных дверей.

– Остальным? – нахмурился оборотень.

 – О чем вы?

– Жилье, еда и питье, одежда, деньги на мелкие и крупные расходы. Другие волчицы и ваша будущая жена. У вас будет очень много проблем, милорд. Оно того не стоило.

Дорога до «Белого Гуся» не запомнилась оборотню ничем. Только войдя в сам трактир, он заметил, что ти-Риэл находится на грани перевоплощения.

– В чем дело? – резко спросил нид Энтан.

– Я свободный боец, – глухо выдохнул ти-Риэл, – имею право не отвечать.

– Каэль Хемм, – криво усмехнулся Илуор.

 – Полагаю, вы уже знакомы.

– Мы состояли в связи. В рамках Соглашения, – бросил свободный боец. – Я увидел ее в саду и потерял покой. После… После всего мне показалось, что наваждение прошло. Сейчас оно вернулось.

– А ведь ты не нашел себе волчицу, – задумчиво протянул нид Энтан. – Так сильно запал на человечку?

– Я не обязан это обсуждать.

Поднявшись к себе, нид Энтан плотно закрыл дверь в номер и, стянув сапоги, повалился на кровать. Правое предплечье горело огнем, как будто кто-то выцарапывал на нем письмена.

Но это было ожидаемо. Илуор коснулся пальцами зарождающегося рисунка связи и потянулся к той стороне. Он не пытался коснуться разума своей ша-раарти, только забрал эту саднящую боль себе.

«Прости, – мысленно шепнул он, – большего я сделать не могу. Ты зачем-то нужна Серому Долу, и я готов заплатить любую цену».

Как обычный оборотень, боец и вполне себе порядочный мужчина, Илуор испытывал к себе глубочайшее отвращение.