Жена князя Луны

Ричард, стоявший на входе, откашлялся и негромко произнес:

– Так чего нам ждать? Арфель едет в Серый Дол, может ли она отказаться?

– Может, – уверенно сказал милорд Авиер, – если приведет железный аргумент. Ша-раарти и то-соэлен неразлучны, и один следует за другим. Почему милорд нид Энтан едет в Серый Дол? Потому что он будущий Лунный Князь. Чтобы остаться в Ондиниуме, госпожа Льефф должна привести более весомый довод. У вас он есть?

Арфель мрачно посмотрела на почтенного сотрудника имперской канцелярии и едко спросила:

– А может быть? У нашего Императора есть Императрица, да и вряд ли чужая ша-раарти может стать женой другого мужчины.

Старик пожал плечами:

– Почему нет? То есть то-соэлен запретит, но если обставить все втайне, то сам ритуал пройдет без проблем и появится новая связь. Правда, скорее всего, оборотень убьет мужа своей ша-раарти. Но само по себе действие возможно. А насчет довода – если бы существовала угроза вашей жизни, то вы могли бы не ехать в Серый Дол.

– Наличие невесты у то-соэлена, – Арфель не смогла сказать «моего то-соэлена», – похоже на угрозу жизни?

Милорд Авиер задумался, пожевал губы и с искренним сожалением произнес:

– Увы, нет.

Вы же беременны? Ни один волк или волчица не поднимет лапу на беременную женщину. Вот когда ребенку исполнится три года… Тогда вы можете попробовать забрать малыша в Ондиниум, если удастся доказать, что отношения с невестой… женой то-соэлена не сложились.

Арфель с интересом спросила:

– А они могут сложиться?

– Откуда мне знать? Всякое может быть.

 – Старик пожал плечами и честно добавил: – Но я бы не рассчитывал на хорошие отношения. Особенно если вначале волчица стала невестой, а потом вы – ша-раарти. Если наоборот, то еще может быть. Видите ли, у волков очень сильно развито чувство собственности. Даже если гипотетическая волчица не любит своего будущего супруга, а для Серого Дола это нормальная практика, то делиться им она не сможет. Просто потому, что он принадлежит ей. Из-за этого волчицы очень негативно относятся к человеческим женщинам. Ну, я о Соглашении.

– Вы радуете меня каждым словом, – мрачно произнесла травница.

Она наконец размотала бинт и, отведя глаза, протянула руку милорду Авиеру.

– Как интересно, – пробормотал старик и схватил ее ледяными пальцами. – Корона из сплетенных рогов, увитая… Хм, боюсь, что такого растения я не знаю.

Травница не смогла удержаться и посмотрела на вещественное отражение собственной несвободы:

– Это всего лишь плющ, даже не ядовитый.