Жена князя Луны

Мы поговорим и после этого я побегу сам. На четырех лапах.

– А кто будет управлять листьями? – ахнула госпожа Льефф.

– Можно я? – тут же подалась вперед Каэль.

– Листьями будет управлять тот же, кто управляет ими сейчас, – сверкнул улыбкой Сайрен. – Итак, что вас интересует в первую очередь?

– Почему я могу все знать? – тут же спросила Арфель. – То есть почему мне можно все-все рассказывать?

– Потому что ша-раарти никогда не предаст то-соэлена и наоборот. Вы не можете причинить друг другу вред. А учитывая, что Илуор – Князь Луны, вы не сможете выдать тайны Серого дола, ведь это навредит оборотням в целом.

А ваш то-соэлен получит из-за этого откат. И вы получите из-за этого откат, потому что причинили неоправданный вред связанному с вами оборотню. Это как бесконечный круг цепной реакции, стоит только начать – и боль будет усиливаться в… как ее? Прогрессия какая-то, я, уж простите, не силен в точных науках."

"– Прогрессия Геома, два-четыре-восемь-шестнадцать, – задумчиво произнесла Каэль. – А эту бесконечную боль хоть что-то может остановить?

Сайрен нахмурился, погладил Крайлока между ушей и тяжело вздохнул:

– Давайте на простом примере, хорошо? Вот, допустим, леди Льефф-Энтан целенаправленно подсыпала яд в бокал своему то-соэлену.

Представили?

Арфель гневно сверкнула глазами и ехидно ответила:

– А почему яд, а не нож под ребро, пока он спит?

– А про нож будет другой пример, – хмыкнул Сайрен. – Так вот, откат леди получит в момент принятия решения. То есть узы действуют на решения.

Если, например, леди получит от доброжелателя витамины и угостит ими то-соэлена, а тот сбросит шкуру – никакого отката не будет, потому что не было злого умысла. И остановить бесконечный круговорот откатов может только тот, кто его начал.

– То есть если я приму осознанное и взвешенное решение отравить нид Энтана, то мне придет откат, это я поняла. А где круговорот?

– Но ведь вам придет откат потому, что у вас есть то-соэлен, – без тени шутки произнес оборотень. – Эти узы – это великий дар и великая ноша.

Они делают двух разных существ полностью равными. Узы изначально предполагают, что вина лежит и на то-соэлене, и на ша-раарти. Ведь прежде, чем вы решите его отравить, он должен будет сделать что-то такое, чтобы вы этого захотели. Это может быть что-то такое, что не повлечет за собой откат для него. В конце концов, за грубыми словами узы не следят. Или за действиями то-соэлена, которые будут касаться не его ша-раарти. И ровно наоборот.