Жена князя Луны

Я бы билась в падучей и вопрошала, какого такого хрена ты ни черта мне рассказала. Когда, с кем и почему.

Каэль замолчала, а госпожа Льефф преисполнилась искреннего недоумения, но не стала перебивать подругу. Она тоже прекрасно знала крутой и упертый нрав госпожи Хемм и понимала, что той нужно высказаться. Иначе диалог не получится.

– Но я знаю тебя и знаю, что для такого щекотливого разговора ты бы пыталась подыскать идеальное время. Которого на самом-то деле не существует. – Каэль покивала сама себе и отвернулась от окна.

 – Но, черт возьми, Арфель, к чему было рисковать жизнью ребенка?!

Госпожа Хемм поперхнулась воздухом и возмущенно воззрилась на подругу:

– Каким ребенком, Эль?!

– Твоим. Нашим? Я буду крестной матерью, и это не обсуждается, – госпожа Хемм мечтательно улыбнулась, – если это будет девочка, то я научусь заплетать чудные косички. Правда, Ондиниум придется покинуть – бастарду здесь жизни не дадут. Зато в столице нравы проще, да и можно солгать, что ты была замужем, но муж погиб. Но выезжать надо в ближайшее время.

С мастера Дэррика я взяла колдо-слово, он не выдаст.

– Остановись, Каэль. Я не могу быть беременна. Никоим образом, – уверенно, с каплей насмешки произнесла Арфель. – Если ты, конечно, не имеешь в виду концепцию непорочного зачатия. Но я не думаю, что это возможно.

– Ты издеваешься? – раздраженно спросила Каэль. – Серьезно, концепция непорочного зачатия? Откуда только слово такое выискала – «концепция», оно даже в столице непопулярно!

Скрипнула дверь, и в спальню вошел кто-то еще.

Арфель напряглась, с постели ей было не видно дверь, но голос мастера Дэррика она бы узнала из сотни других:

– Моя пациентка может говорить правду.

– Все могут говорить правду, – огрызнулась Каэль, – но почему-то предпочитают лгать. Или вы верите в «ветром надуло»?

– Ветром – не ветром, но я теперь знаю, что меня так смутило в ауре госпожи Льефф.

Целитель наконец прошел к центру комнаты, и Арфель смогла его увидеть. Темные густые волосы мастера была всклокочены, как будто он постоянно запускал в них пальцы.

Под зелеными глазами залегли тени, а у губ притаилась горькая складка.

– Здравствуйте, мастер, – улыбнулась Арфель, вспоминая о манерах. – Приношу свои искренние извинения, что вам пришлось наблюдать меня не в лучшем виде.

– И вы здравствуйте, госпожа Льефф, – вздохнул целитель. – И ваш вид был не худшим, что мне довелось наблюдать на этой неделе.

– Мне бы про ауру подробности, – напряженно произнесла Каэль.

– С легкостью.