— Получит то же, что и остальные, — ледяным голосом произнесла я, — уверена, ты сможешь обеспечить им «сладкую» жизнь, но повторяю, Громов, до суда они дожить не должны.
Дмитрий
Неделю спустя
Тишину в кабинете нарушил внезапный звонок, взглянул на экран, номер был засекречен.
— Демин, — произнес в трубку.
— Здравствуй, Дмитрий Викторович, — послышался голос, который я меньше всего ожидал услышать, — узнал?
— Узнал, — сухо ответил я, — мне казалось, что мы уже обо всем договорились.
— Несомненно, — рассмеялся Горский, — я звоню по совершенно иному поводу, — поспешил объяснить старик.
— Очень интересно.
— Хочу пригласить Вас женой погостить в свой загородный дом, — огорошил меня собеседник, — за одно и на свой день рождения приглашаю, природа, шашлыки — красота.
— Неожиданно, — усмехнулся я, — и с чего мне оказана подобная честь?
— А это не тебе, — хмыкнул Горский, — а твоей супруге.
Я непроизвольно напрягся.
— Расслабься, — поспешил успокоить меня старик, угадав мои мысли, — мне действительно интересно пообщаться с твоей супругой, Дим, давно меня никто так не удивлял, буду рад, если найдете время.
— Не могу ничего обещать, Михаил Леонидович, — честно ответил на приглашение.
— Понимаю, Дим, — вздохнул Горский, — ну что ж, мой секретарь уточнит время и адрес, надеюсь сумеете выкроить для старика время. Супруге привет, — бросил он напоследок и отключился.
После разговора с Горским меня еще долго терзали сомнения, с одной стороны пренебрегать приглашением со стороны такого человека не стоит, с другой, мне не хотелось, чтобы Саша повторно встречалась с Горским.
Этот старый лис всегда себе на уме, несомненно, с тем материалом, что дала мне Саша, я крепко держал его за яйца, но все же мне было спокойнее, когда моя семья находилась подальше от него и его прихвостней. Самым правильным решением было оставить выбор за Сашей, все же именно ее хотел видеть Горский в качестве гостьи в своем доме.
С того дня, как все те, кто был причастен к гибели ее родителей получили по заслугам, жена закрылась в себе, что-то ее терзало, я видел, что она хочет мне что-то рассказать, но все никак не решается.
Попытка надавить и выведать информацию не увенчалась успехом, я не понимал, что с ней происходит, а она не желала раскрывать передо мной карты. В голову лезли самые разные мысли и одна была страшнее другой. Из размышлений меня вырвал стук в дверь.
— Да, — отозвался я, не успел я договорить, дверь открылась и на пороге возник Авдеев.
