Что ещё? — на мгновение он отвлёкся от поглощения салата, а затем выдал: — Буду трахать тебя так, что ты будешь просить ещё и ещё, — хрипловатым голосом закончил, возвращаясь к еде.
Всё было именно так. Артур приезжал каждый вечер, забирал меня с работы. Когда я задерживалась, готовил ужин, но неизменно заезжал за мной, не позволяя идти домой одной и даже вызывать такси. Проблема с машинами так и осталась, но Артур не нервничал, относясь к этому с пониманием.
Всегда приезжал сам, бережно усаживал меня на переднее сиденье, укрывал пледом и успокаивал. Я не боялась. С ним — куда угодно!
Через две недели встал вопрос о переезде к нему, но я напрочь отказалась. На это я не готова. Переезд — это серьёзно. Это уже что-то большее, чем секс и проведение ночей вместе. Отказалась и от съёма квартиры побольше. Да, однушка была маленькой, но мы помещались, да и потом… я должна быть уверена, что в дальнейшем потяну аренду.
Артур просил, но не настаивал. Не ставил ультиматумов, не говорил, что вот надо так, а не так. Он часто оставался у меня на ночь, хотя… как часто… всегда. За две недели не было и дня, чтобы он ночевал в своей квартире. У меня появилась его одежда, дополнительная зубная щётка, носки трусы, рубашки — всё это висело в шкафу, а я… я радовалась. Знала, что наши отношения, вероятно, обречены на провал, но… мне было таааакк хорошо.
Мою довольную и счастливую моську заметила и Аня, сказав, что отношения с Артуром явно идут на пользу. Я и сама это видела. Похудела, подтянула кожу благодаря тренажёрам, стала краситься и выглядеть на двадцать пять максимум. Артур многое рассказывал о своей жизни: об отце, о матери, об их дружбе с Лёшей. С последним, кстати, мы таки поговорили.
Ничего нового. Я — сука и стерва, променявшая его на какого-то хахаля, а он — бедный и несчастный, страдающий по мне лебедь.
Это нормально. Я привыкла. Артур намеревался поговорить с ним, рассказать о наших отношениях, но я попросила отсрочки. Не хотелось портить то, что у нас успело завязаться. Те хрупкие отношения не хотелось разбивать бытовухой. Ещё чуть-чуть, ещё немного, я хотела его себе как можно дольше и старалась ограждать от истерик, скандалов, сцен ревности.
Я уже потеряла себя.
