Обнимая, прижимает к себе.
Мне неловко. И в тот же момент так остро, что в груди все порхает, колотится… От него пахнет так… Мужчиной! Оглушающе и тяжело. Этот запах наполняет мою грудную клетку, не позволяя ей сжиматься, до конца. И дыхание сбивается.
— Я завтра уеду… — тихо шепчет мне в волосы. — Но вернусь сразу же, как смогу.
— Куда?
— В Сеул.
Пальцы рисуют узоры на моем плече.
— Если я заключу договор с корейцами, мы станем с тобой независимыми. Ты сможешь развестись с Родионом. И выйти за меня.
Отстраняюсь.
"
"— Я всë потеряю. Останусь без средств. Беременная. С несовершеннолетним братом. Одна.
— Со мной!
— Нет. От переменчивого настроения мужчины я зависеть не хочу, Демид. Извини меня. Пока я не буду готова обеспечивать ребенка и Тишу сама, я на развод не подам.
— Не доверяешь… — горько.
Отвожу взгляд.
— Но я знаю, что с этим делать. Я вернусь не с пустыми руками, Золотинка. У меня будет, что тебе предложить.
Ведет носом по моим волосам. Вдыхает глубоко… От тепла живого огня и его крепко обнимающих меня рук, меня развозит словно от крепкого вина.
Топит негой, отнимающей волю. Не успевая сообразить, что делаю, я рефлекторно поднимаю лицо, глаза захлопываются, губы мои приоткрываются.
Слышу его тихий мучительный стон, переходящий в рычание. Вжимается губами мне в висок.
Я выпрашивала поцелуй?!
В шоке от себя, неловко отстраняюсь. Лицо горит. Да горит вообще всë! Я сейчас вспыхну!
«Не поцеловал… Не поцеловал!» — стучит в моей голове тяжелым пульсом.
Мне хочется врезать ему за это по щеке.
Нет, хорошо, что не поцеловал! Нет ничего достойного в том, чтобы беременной целоваться с мужчиной. И все же! Гад…
От ранящих мою и так расшатанную психику чувств хочется реветь. А что реветь? Впереди долгие месяцы беременности. Близости у нас не будет. Я так не могу. Это неправильно.
И что ты думаешь, «Золотинка», такой мужчина будет ждать тебя так долго?
Он помогает сейчас — принимай. Довольствуйся тем, что есть. Это немало. Что будет завтра — неизвестно. Скорее всего не будет ничего.
Озвучишь ему категорично, что близости не будет, и он быстро перегорит!
А сейчас — такой вот странный, короткий и совершенно неуместный роман на дистанции.
— Люблю… — горячие губы скользят по моему ушку, реанимируя и заставляя меня дрожать до мурашек.
Очень хочется упасть в эту пучину, признавшись в ответ в своих чувствах. Но — нет. Я не смогу ему их дать так, как он захочет взять. Поэтому агонизирую и молчу. Сжимает крепко, опять с мучительным стоном.
