И снова я вижу в ней тот лоск и достоинство, которые были в самом начале.
В шикарном платье. С лёгкой укладкой. Едва уловимый макияж. Вот только чуть более хрупкая и тревожная, всё равно. Но это заставляет еще сильнее биться моё сердце.
Она останавливается у стола.
— Добрый вечер.
Мы все поднимаем на неё глаза. Сейчас должна случиться рокировка. Потому что места за столом два. Одно между мной и Тихоном, второе — рядом с Родионом. Сталкиваясь взглядами, мы одновременно приглашающе отодвигаем стоящие рядом с нами стулья.
— Я чего-то не знаю? — переводит взгляд отец с меня на брата и обратно.
Бабушка откладывает приборы, берёт бокал в руку и с любопытством ждет развития событий.
Но поставить Злату перед выбором не удаётся.
— Тиша, пересядь пожалуйста… — показывает взглядом на отодвинутый мной стул.
Тихон пересаживается. Злата садится на его место, рядом с бабушкой.
Окей! Не с Родионом. Это уже радует.
— Ты играешь в шахматы? — интересуется у Златы бабушка в гробовой тишине.
— Нет. Но всегда хотела научиться.
— Я тебя научу. Талант делать правильных ходы — на лицо. В комнате, куда ты переехала есть чудесный шахматный столик с коллекционными фигурами. Я даже по такому поводу поднимусь по этой чертовой лестнице.
— Буду рада, Нина Андриановна.
Тихон наливает сестре сок.
— Переехала? — поднимает бровь отец.
Никто не отвечает на его вопрос. И он так и повисает. Ужин проходит в тишине, но за столом разворачивается настоящая битва! Взглядов.
— Как съездил, отец? — нарушаю я тишину перед тем, как подают десерт.
— Неоднозначно. Обсудим после ужина. Что с твоей рукой, Родион?
— Сломал…
— А что с твоей женой? Тоже — сломал? — холодно смотрит на него отец.
Родион переводит взгляд на Злату.
— Беременные девушки мнительны, капризны… — улыбается ей. — Злата немного погорячилась.
— Ну что ж. Для начала я тебя сын поздравляю. Ты будешь отцом — это радостное событие для семьи. Злата, как ты себя чувствуешь?
Е""e щеки горят, соболиные брови хмуро сходятся на переносице.
Залпом выпивает стакан сока.
— Извините меня… Я… — вста""eт. — Мне подышать надо.
Держа гордо спину, чуть поспешно выходит из-за стола.
— Злата! — подскакивает Родион.
— Сидеть, — тихо рычит отец.
— Я проверю все ли в порядке, — отодвигаю чашку.
— И ты сидишь, Демид. Тихон проверит.
Стаскивая со стола канапе, тот поспешно линяет следом за Златой.
— Наталья…
И она тенью исчезает из-за стола. Остаётся только бабушка, но и она тоже поднимается.
— Оставлю вас.
