Спрашивать Яна ничего не стала, позволила ему помочь надеть на нее куртку, послушно пошла за ним к машине, под локоть не взяла, а он предлагал.
Он устроил ее на заднем сиденье, сам тоже сел сзади. За рулем сегодня был Геннадий.
Ехали к ее дому в гробовом молчании.
Давид злился из-за неудовлетворенного желания, а Яна… она просто жалась к двери с таким видом, будто была готова выпрыгнуть из джипа на ходу.
Несколько раз глубоко вздохнув, Давид подавил в себе раздражение. Подвинулся к ней ближе, проговорил примирительно:
– Не поняли друг друга, с кем не бывает, ничего страшного.
Я на тебя не злюсь, если ты об этом беспокоишься. Давай лучше выберем день, когда снова встретимся.
На город уже спустились сумерки, но он все же смог разглядеть на ее лице грустную гримасу. Яна нервно вздохнула и выдала:
– Извини, но нет. Мы с тобой по-разному смотрим на мир, и желания у нас тоже разные. Нам не нужно встречаться.
– Яна… – расстроенно протянул он и попытался ухватить ее за пальцы, однако девчонка отдернула руку.
– Да что за черт? – вконец разозлился он.
В ресторане пару раз брал ее за руку и никакого отторжения не заметил. Наоборот, стоило ему ее коснуться, как глаза малышки расширялись, дыхание учащалось. А у него и подавно внутри все переворачивалось от желания более плотного контакта. Уж кто-кто, а Давид Охикян умел понять, равнодушна к нему девушка или нет. Безошибочно определил – нравился Яне, еще как нравился. Именно поэтому предложил отведать десерт в гостинице.
И вдруг нельзя.
Все нельзя! В койку не уложи, на свидание не позови, даже простого касания руки и то постаралась избежать. Почему с ней все настолько сложно?
«Не тому человеку ты отказываешь, милая…»
Давид набрал полную грудь воздуха и деланно спокойным тоном сказал Геннадию:
– Останови машину и выйди.
В этот момент джип как раз катил по тихой улице. Водитель тут же затормозил у обочины, выскочил из машины и зашагал в сторону.
Яна уставилась на Давида круглыми глазами, тут же забубнила:
– Что ты делаешь? Не надо…
Она попыталась открыть дверь, но Давид резко потянулся к ней, перехватил ее руку, а потом нажал за ее спиной кнопку блокировки дверей.
Спросил резким голосом:
– Объясни популярно, чем я тебе не нравлюсь?
– Выпусти! – потребовала она
– Ты не выйдешь из машины, пока все мне не скажешь, – произнес он своим фирменным диктаторским тоном, чтобы малышка раз и навсегда уяснила, кто в доме хозяин.
Богиня она там или нет, он-то всяко главнее.
