– Он что не понимает, с кем связался? Я легко перекрою кислород и его фирме, и фирме его жены, а также компании его деда. Если вдруг у его собаки тоже есть фирма, я и ее прикрою. У меня налажен тесный контакт с банком, который дает им кредит за кредитом. Так что пусть поостережется если не хочет лишиться всего…
Давид никогда не щадил конкурентов. За годы ведения бизнеса он не просто научился ходить по головам, он ездил по ним на внедорожнике.
– Мне плевать, что без этого контракта Китанян обанкротится. С каких пор несостоятельность конкурентов являлась причиной для того, чтобы отдавать им выгодный контракт? Да пусть хоть застрелится, чхал я на него и его семью…
Руководитель отдела сбыта все продолжал говорить, но Давид устал его слушать.
– Вы за кого радеете, Натан Маркович? Решите вопрос и сделайте это так, чтобы Китанян думать забыл об этой сделке. Мне плевать, что он заложил последние трусы, чтобы модернизировать фабрику. Это его проблемы, пусть ищет других заказчиков, эти – наши. И кстати, вам к размышлению: если не справитесь, я задамся вопросом поиска нового руководителя отдела сбыла.
Я ясно выражаюсь?"
"После этой фразы Натан Маркович начал блеять в трубку, что, естественно, все решит. Давид знал, он будет лезть из кожи вон, ведь у него жена на сносях, ему ни в коем случае нельзя лишаться работы.
– Вы в компании человек новый, – цедил Давид в трубку ядовито. – Так и быть, разъясню свою позицию. Мне по умолчанию плевать, каким способом избавляться от конкурентов или нерадивых работников, пока это отвечает интересам компании…
Тут ручка двери начала двигаться, в гримерной показалась Яна.
Давид резко сбавил тон и постарался побыстрее завершить разговор.
Зачем Яне слушать его возмущенный тон? Давид не стремился показывать ей свою жесткую сторону. Еще испугается… Ведь она такая нежная девочка! С ней он всегда был мягок. Потому что с женщиной и нужно быть мягким, разве нет? Особенно с любимой.
Любимой?
– Привет! Я так обрадовалась, когда сказали, что ты здесь! – проговорила Яна, подходя.
Давид жадно ее осмотрел. До чего же хороша в этом красном шелковом платье, со струящимися по плечам волосами. Ей сделали элегантный макияж для фотосессии, превратили в красивую бабочку, по-другому и не назвать. Впрочем, Яна нравилась Давиду как в макияже, так и без. За все полтора месяца, что он ее знал, так и не успел насмотреться, натрогаться, нацеловаться.
Но неужели и вправду уже успел влюбиться? Очень похоже, что так.
