Онлайн-библиотека книг
— Пусть дрыхнет хоть до самого утра! Тогда и у нас время отдохнуть будет!
Рабочий стол тоже оставлял желать лучшего. Я плеснула на него кипятка, а затем долго оттирала и скребла ножом, пока дерево, из которого он был сделан, не побелело.
— Ну, вот так-то лучше! — произнесла я, утирая пот со лба и оглядывая приведенную в некоторый порядок кухню. — А теперь давай-ка я научу тебя готовить чечевичную похлебку.
Глава 3. Чечевичная похлебка
Масло из горшка, из которого брать нельзя, я перелила в горшок поменьше, чтоб использовать его в стряпне.
А то папаша Якобс считал, что Карл его тратит много. И настаивал, что достаточно просто смазать сковороду гусиным пером. А потом, после жарки, просто не мыть. Гениально!
Вместо украденного масла я опустила в горшок ошпаренный сто раз кипятком камень.
Бульк! — и масла снова стало столько же, как и было.
— Учись, студент! — гордо сказала я.
— О-о-о! — благоговейно протянул Карл. Будто я ему показала невероятный фокус.
— Что ж ты до такой простой штуки сам не додумался! — укорила я его. Мы снова закрыли горшок тканью и навязали узелков на бечевке, чтобы папаша Якобс ничего не заметил. — Тебе надо бы быть похитрее.
Карл тяжело вздохнул.
— Не умею я, — ответил он с простодушной грустью. — Папаша говорит, что я родился дураком.
— Сам он дурак, — сердито отозвалась я. — Столько продуктов загубил! Мука в камень слежалась.
— И все же, — задумчиво произнес Карл, — папаша с нас шкуру спустит за дрова. Погреться, конечно, хорошо. И оно того стоило. Но…
— Не спустит.
— А что мы ему скажем? Как оправдаемся? В кражу он не поверит. Да и не сумею я ему наврать…
— Меня держись, пацан. Не умеешь врать — ну и не берись. Я буду говорит, а ты только поддакивай. И все. Ты ж молодой хозяин! Работу мне задавал, я работала.
Итак, блюдо дня — чечевичная похлебка с морковью и луком.
Дано: не ресторан, конечно, далеко не ресторан.
Но, пожалуй, надо относиться к этому заведению как раз наоборот. Как к самому лучшему ресторану города! Ведь какая у меня цель? Накормить клиентов как можно лучше, чтобы они захотели прийти еще.
И чтобы они заплатили деньгами, а не хворостом и дровами.
Полагаю, и дрова-то они давали Карлу из жалости.
