Онлайн-библиотека книг
— Ни гроша больше не дам, — зло ответил Карл.
Якобса отпустили, и он с жадностью бросился на разбросанные деньги. Пополз по полу, обдирая на коленках чулки и собирая трясущимися руками монеты.
— А можно ли попросить вас, — обратился Карл к законнику, — составить бумагу, где будет написано, что Адель свободна? Она заплатила выкуп.
— Ну, разумеется! — радостно воскликнул законник, потирая руки. — Если вы нальете мне пивка, то я могу сделать это сейчас же!
***
И уже далеко за полночь законник ушел. А в моих руках осталась бумага, подтверждающая мою свободу.
Все!"
"Теперь можно было выдохнуть. Теперь можно работать в таверне, просить у шкафа много вкусного, готовить чудесные блюда и разбогатеть.
А я вдруг расклеилась.
Уселась на лавку за столом, уронила руки на колени, и встать не могу.
Смотрю на бумагу, а слезы так и текут по щекам.
— Адель, что же ты плачешь? — осторожно спросил Карл. — Ведь все же хорошо! Клянусь, я не подпущу теперь его близко к таверне! Он и пальцем тебя не коснется!
Какой добрый и хороший мальчик этот Карл… Я головой киваю, а сама реву.
— Воды, может, тебе принести? Или кружечку пива?! Тебе нужно успокоиться.
— Коньяк, — сказал Феланор твердо. — У нее истерика. И лучше б ей взять себя в руки, а то это нервное потрясение может перерасти в горячку. Живо!
Карл заметался.
Откуда ему было знать, что такое коньяк и где его взять?!
— В нашем шкафу, Карл, — подсказала я, икая от слез. — Он там стоять… должен.
Я изо всех сил старалась взять себя в руки и представить себе тот самый коньяк, что приглянулся эльфу.
Продажа на базаре, тяжелая работа в таверне, Якобс этот ненормальный с угрозами и желанием жениться, похищение… нет, это слишком для моих нервов!
— Я просто устала, — всхлипывала я. — Я очень, очень устала! Вот сейчас быстренько доплачу, и пойду готовить завтрак.
Но доплакать не получалось.
— Мои красивые занавески! — выла я, глядя на окно, разоренное Якобсом. — Самые лучшие из тех, что были! А венок над камином был хорош! Я так старалась, красоту наводила!.
И мне правда казалось, что все мои труды пошли прахом. И все разорено и в запустении.
— Я куплю вам новые, — утешил меня эльф. — Еще лучше.
Он принес теплой воды. Осторожно обмыл ссадины на моих запястьях и даже перевязал их бинтами. Теми самыми, что лежали в его походной сумке и что он готовил для себя.
— Не часто принцы мне руки моют, — всхлипывала я, все старясь пошутить. Но от этой шутки заревела еще пуще.
