Жена напоказ - 2

И вместе с тем я слегка запоздало начала приходить в себя от неприятно острого ощущения: что-то не так. Открыла глаза, чтобы посмотреть в лицо мужа: его кожа и правда светилась изнутри — и это сияние продолжало нарастать.

— Ренельд! — испугалась я.

Моя аура свободно, без малого контроля перетекала в тело герцога — а он принимал. Тёмная аура почти не ощущалась — и даже мне становилось невыносимо жарко от прикосновений Ренельда.

Я оттолкнула его со всей доступной силой, пробормотала завершающее заклинание: благо озаботилась тем, чтобы загодя его запомнить.

Между нами словно что-то оборвалось — и в ушах зазвенело. Ренельд вдруг замер, покачнулся и резким движением прижал ладони к вискам. Я не смогла его удержать — он словно подкошенный тяжело рухнул на пол. 

Ко мне не сразу вернулась способность двигаться. Как и слух — тогда только я услышала, как в дверь кто-то ломится. Глухое гавканье, словно в барабан, ударилось мне в голову. Оправляя юбку на ходу, я бросилась к двери, открыла её — и меня едва не снёс с ног Лабьет.

Следом за ним вбежала Ли — и они остановились возле Ренельда в лёгкой растерянности.

“Ну, Конфета! — рыкнул шинакорн. — Я думал, ты соображаешь лучше Рена. А вон как”.

— Я не знаю, как так вышло, — пробормотала я вслух.

Но оправдания прозвучали как-то слишком жалко и неубедительно. Всё я понимала! Я даже понимала это в тот миг когда легла под Ренельда, готовая на всё, согласная пойти до конца — и будь, что будет.

Пёс поворчал неразборчиво, а затем уставился на меня.

Я подбежала и с превеликим трудом смогла втащить бесчувственного мужа на кушетку. Грех Первородных! Это же надо было так поплыть! Ли вертелась рядом, тихо поскуливая. От неё исходил ощутимый тёмный фон: сейчас мои чувства были оголены до предела.

“Теперь пойди приведи себя в порядок! — велел Лабьет. — И не мешай пока”.

Он забрался на кушетку тоже и, едва уместившись рядом, опустил голову Ренельду на грудь.

“Придётся слегка восстановить баланс.

Вы слишком резко зашли. Надо же понемногу!”

— Знаю! Знаю… — сокрушённо согласилась я.

“Какие вы всё же с ним безумные, — чуть добрее хмыкнул пёс. — Даже представить боюсь, что здесь творилось. Такой погром”.

Я досадливо прикусила губу и отвернулась. Вот не может он без своих ехидных замечаний! А мне, между прочим, жуть как стыдно теперь. Пусть даже свидетелями моего “падения” стали всего лишь шинакорны.

Я отошла в сторонку.