Жена напоказ - 2

Или ты продолжаешь упорствовать, что не имеешь к этому отношения?

Он подошёл и обхватил виски Лоррена ладонями. Тот рванулся было прочь от него, но Ренельд что-то шепнул, усиливая хватку — и принц замер, хмуро глядя перед собой.

— Не я выстраивал все эти каналы, — проговорил он, но осёкся.

Я не стала допытываться дальше, выжидая, чем же обернётся проверка ауры Лоррена. Герцог медленно отпустил его — и удивительно! Под его пальцами аура принца начала окрашиваться дымчато-серым цветом лишь с небольшими вкраплениями золотистого.

Они располагались, казалось бы, беспорядочно — то тут, то там. Остались только обрывки того, что было раньше, когда Лоррен, полный амбиций, наглости и злости, прибыл в Марбр.

— Это остатки того света, что был? — спросила я тихо.

“Да уж, одни только развалины, — вздохнула Ли. — Не удивительно, что его так трясёт”.

— Да, — тоже подтвердил Ренельд. — Куски слишком маленькие, по ним сложно понять. Нужен больший элемент.

Он отошёл ещё на пару шагов — и среди туманного мрака наконец вспыхнул достаточный для исследования кусок схемы.

Герцог зафиксировал его нужным заклинанием — и Лоррен сам с любопытством огляделся в переплетении собственной ауры.

— Странно, никогда не видел, как она выглядит изнутри.

— Для того, чтобы вскрывать её, нужно долго учиться. Даже для меня это непросто.

Ренельд перевёл взгляд на слепок с осколка, отделил от него часть и сличил с тем, что можно было отыскать в ауре принца. Тот, кажется, немного успокоился, наконец смирившись с неизбежным.

Не зря он позвал нас — наверное, понял, что всё разрушилось.

— Они совпадают, — заключил герцог, повертев кусочки мозаики так пока они не слились. — Боюсь, Лоррен, оправдываться уже нет смысла.

— Я всё же настаиваю, что не знаком с вашей собакой, — почти весело напомнил Лоррен.

— Тогда кто знаком? Всё указывает на то, что ты Собиратель, — настоял месье допытливый дознаватель.

— Ты думаешь, Собиратель, это один человек, на которого можно свесить всю вину? — принц усмехнулся, отходя дальше — и рисунок его ауры стал пропадать.

— Нет, Рен… Так просто не может быть. Собиратель — это много людей. Все те, кто так или иначе стал причиной всему, или часть механизма, который газетчики обозвали громким словцом.

— И ты можешь назвать все имена? — Ренельд размял ладони, глядя на его высочество исподлобья.

Лоррен вернулся на своё место у окна, словно ему хотелось погреться под лучами солнца.

— Могу. Да ты и сам их знаешь.