Жена напоказ - 2

— Знаете, у меня теперь есть одно очень любопытное преимущество! Я — невеста племянника короля. И, кажется, вполне могу обратиться к его величеству со своими мыслями насчёт эффективности некоторых его магов. А после поискать другого. Так что, может, месье Конассьянсу стоит напрячься, а не пытаться облегчить себе участь за мой счёт? За счёт того, что я, а не он на неопределённый срок превратится в восторженную самку. М?

Она повернулась и начала подниматься по лестнице, похоже, не собираясь продолжать разговор.

— Мари, — Ренельд вздохнул, провожая её взглядом.

— Проклятье…

Она и правда просто ходячее проклятье. И довольно проворное — скрылась из вида, он и моргнуть не успел.

“Надеюсь, ты не дашь ей так закончить этот разговор? — ворчливо, словно старый наставник, буркнул Лабьет, прыжками взбираясь по ступеням следом за графиней. — Она же не убила тебя сразу”.

И Ренельд не стал отставать. Он успел перехватить Мариэтту ровно в тот миг, когда она уже закрывала дверь перед его носом. Короткий толчок ладонью — и створка вновь распахнулась.

А графиня попятилась вглубь пустой гостиной.

— Пойдите прочь, ваша светлость! — прошипела она. — Или вы желаете поступить так, как всегда поступаете? Решить за меня, а затем развести руками со словами “так было лучше”?

— Значит, такого вы обо мне мнения? — Ренельд захлопнул за собой дверь. — Что я способен воспользоваться вашей слабостью…

— Скажете тоже… “Слабостью”, — едко фыркнула вдовушка, продолжать отступать.

Ренельд же шёл к ней, чувствуя, как ломит мышцы от желания просто сгрести её в охапку, встряхнуть, чтобы чуть ошарашить — а затем сделать что-нибудь, что заставит её обо всём забыть.

Вариантов, признаться, было немного. Он наконец догнал улепётывающую графиню и поймал её лицо в ладони, не давая отвернуться. Заставляя слушать.

— А что нужно вам? — голос Мариэтты чуть сел. — Ваша… светлость.

Она обхватила пальцами его запястья, сжала крепко, но осторожно. И явственные отпечатки её рук вплавились в кожу вместе с теплом ауры. Ресницы Мариэтты дрогнули, словно она хотела закрыть глаза — и не видеть его так близко.

Ренельд осознавал — очень чётко и болезненно, что не должен её касаться — и не мог не коснуться.

После случая с Оли — тогда, несколько лет назад — он старался ни о чём не жалеть. Старался быть уверенным в каждом своём решении. А сейчас — вновь жалел. Хотя бы о том, что не занялся избавлением Мариэтты от случайно активированной привязки раньше. Что задумал проучить — и в то же время наказал сам себя.