Ремезов побагровел в мгновение ока и зло рявкнул:
— Она — моя жена!
— Бывшая, — изогнул я бровь и усмехнулся: — Или ты забыл? Советую повесить свидетельство о разводе на видном месте и перечитывать каждое утро.
— Это ненадолго, — скривился собеседник. Развел руками: — Выбирай любую, а Мила — моя. Зачем она тебе?
— А вот это уже не твое собачье дело, — ледяным тоном припечатал я. — Дважды предупреждать не стану. Решишь что-нибудь отчебучить, пеняй на себя."
"— Откуда такое рвение, Арчин? Ты с ней знаком без году неделя, — болезненно поморщился Ремезов.
— Выбери себе другую игрушку. Все равно ведь наиграешься и бросишь. Не так, что ли? Она у тебя вшивых два дня, ты не мог успеть к ней привязаться.
— С чего это? — парировал я. — Ты ведь совсем не просто так хочешь ее вернуть, правда? Ну так предположи, что она интересная девушка и может понравиться кому-то еще.
— Интересная? Да что ты вообще о ней знаешь? — занервничал Олег. — Может, назовешь ее любимый цвет? Или размер ноги?
— Серьезно? — покачал головой я.
— Именно без этих знаний никак не обойтись?
— Ладно, — заскрипел зубами Ремезов. — Как она любит отдыхать? Какие фильмы смотрит и какие читает книги? Какое у нее идеальное утро? Что она любит есть? Как любит отдыхать? Что нужно делать, когда она грустит? Что может ее развеселить? Ну же, давай, ухажер хренов, ответь!
Ни на один из этих вопросов я не знал ответа. Разумеется, Ремезову об этом знать необязательно.
Я обвел рукой улицу и стоянку и скептически поинтересовался:
— Похоже, что мы на экзамене?
— Ты ее не любишь!
— Зато ты, я посмотрю, одержим, — поджал губы я.
— Да что ты о нас знаешь?!
— О вас? Вас уже нет. Смирись.
Ремезов зарычал и сделал шаг ко мне. Однако я не зря держал себя в форме и постоянно боксировал на ринге: тут же принял боевую стойку, быстро просканировав взглядом пространство. Уделать его труда не составит. И он это понял — остановился. Помрачнел и начал нервно постукивать правой ногой по асфальту. Однозначно размышлял, что бы еще такого мне сказать.
И придумал.
— Зачем тебе баба с чужим ребенком? Что она там тебе понарассказывала? Что это твой ребенок? Так она лжет. Отец я, — воспрянул духом этот недоумок и уставился на меня победным взглядом. — Она просто тобой пользуется.
Я не сдержал короткого смешка.
— Мы оба знаем, что врешь здесь ты. Этот ребенок — мой, и я сделаю все, чтобы ты к нему не приблизился. Ладно, некогда мне с тобой тут разговоры разговаривать. Меня Мила ждет на ужин.
