Жена по наследству (СИ)

Но Мили не убежала, она продолжила воплощать мои грязные фантазии. Теперь ее желания сместились, оргазм был отсрочен. Милана продолжала гладить клитор, но при этом уже не балансировала на грани.

Именно этого я и добивался. Сняв боксеры и еще раз облизав ее скользкий пальчик, я устроился между ее ног, отдавая новый вежливый приказ.

- Не убирай руку, пожалуйста. Продолжай...

Наверное, я снова вошел в нее слишком быстро и чересчур резко. Мили сжалась внутри, как будто не хотела меня пускать.

- Что? - спросил я ее. - Не так?

- Я.

.. совсем забыла, - прошептала она еле слышно. - Забыла о контрацепции.

- Ничего, - тут же решил я. - Все будет хорошо. Не беспокойся. Ты только продолжай.

Я взглянул вниз, где наши тела соединялись, и пальцы Миланы порхали над клитором. Я сидел на коленях между ее ног, держал жену за бедра. Мне отчаянно хотелось кончить в нее.

Стараясь не думать об этом, я начал двигаться и продолжил наблюдать за Миланой. Наверное, не стоит говорить, что при этом кончить мне захотелось в нее еще сильнее.

Мили тоже корчилась и выгибалась, продолжая себя гладить.

- Руслан, -взмолилась она. - Руслан, я не могу больше...

- Кончай, малышка, - разрешил я, а сам специально замедлился.

Так она ярче и дольше проживет свой оргазм. А еще меньше вероятности, что я спущу раньше времени. Ощущать, как Мили пульсирует вокруг меня, видеть, как она дрожит и стонет - оказалось огромным кайфом и нелегким испытанием для моей выдержки, но я справился.

Мили сама положила пальцы мне в рот, как только ее отпустила вибрация оргазма.

Я пососал их, отпустил и тут же выпалил:

- Как ты относишься к детям?

Она сдвинула брови и ответила:

Я толкнулся в нее глубже, держась из последних сил.

- Нет, Руслан. Я не хочу сейчас рожать ребенка, - почти заорала на меня Мили.

- Бля, - выдохнул я.

Договориться не получилось. Я вышел из нее и кончил на живот жене.

Моя сперма на ее коже смотрелась так круто.

Я ебнулся, наверное. Окончательно.

Глава 17. Привет, Москва

Руслан смотрел на мой живот, словно это была сложная и противоречивая картина авангардиста начала века.

Я чувствовала себя очень странно, но скорее хорошо, чем плохо. Мне нравились эти грязные разговоры и игры. Мне нравилось, что мой муж терял голову и спрашивал во время секса странные вещи. Мне нравилось, что он сейчас продолжал смотреть, размазывая сперму по коже. Немного тревожно, конечно, что он заговорил о детях.

Я совсем не готова была даже к упоминанию, не говоря уж о самой возможности забеременеть.