Жена по ошибке

Продать имущество. Составить завещание от имени неожиданно скончавшегося в деревне одинокого дядюшки.

Чаще всего приходилось играть роль мужчины. Девушек я изображала, в основном когда работала «профессиональной девственницей». И это была моя и только моя идея — я знала, отыщется немало желающих «обойти» арку невинности. Ну и жуткие законы Атроса заодно.

Ворон сначала скривился, потом долго смеялся, но я оказалась права. Среди аристократов и богатых купцов очень быстро нашлись отцы, которые из жалости или корысти не поскупились, чтобы прикрыть грех своих дочерей, и золото потекло к нам рекой.

Если бы могла, занималась бы только делами невест. Спасать девушек мне нравилось гораздо больше, чем участвовать в хитрых криминальных комбинациях, порой очень сомнительных и грязных. Но у Ворона имелось на этот счет собственное мнение. Для хозяина Гнезда важны были не только деньги, но и растущее с каждым днем влияние среди богатых, знатных, очень полезных для него людей.

И я стискивала зубы, напоминая себе, что время идет и каждый новый день и очередной заработанный золотой приближает мою мечту о магической школе. О независимости. Правда, перед учебой придется уладить еще несколько неизбежных формальностей, но я не сомневалась — придет срок и все вопросы решатся.

Я давно обошла и исследовала улочки и переулки Жеха, своего «родного» города. Прекрасно ориентировалась в Деиме, столице королевства Ксарес, в котором жила. Успела побывать в других городах и странах. Освоилась, привыкла к новой жизни, насколько это возможно, и все реже вспоминала дом, Землю. Уже не так остро и отчаянно тосковала по Яне.

Но синеглазый инквизитор с завидной регулярностью приходил в мои сны и искал… настойчиво искал меня в ночных кошмарах.

Я ни с кем не делилась своей тайной, даже с Лисом, а инквизиторов по-прежнему старалась обходить стороной и никогда не брала заказы, хоть как-то связанные с ними. Или с драгхами. Что, впрочем, одно и то же.

Все шло хорошо, пока однажды Ворон не уговорил меня заняться делом графа Ярвуда.

И ведь как чувствовала, что не стоит соглашаться, долго отказывалась.