Да что же мне так не везет-то? Или я чем-то прогневала местных богов, и они всерьез на меня разозлились?"
"Спокойный, уверенный в себе. Если бы он сейчас знал, кто стоит перед ним, наверняка перестал бы снисходительно улыбаться.
Это мысль заставила меня чуть заметно поморщиться, и светлейший, действительно, мгновенно прекратил улыбаться. Но лишь затем, чтобы обхватить мою талию ладонями, медленно притянуть к себе и, склонившись, поцеловать.
Теплые губы коснулись моих губ — осторожно, а совсем не бесцеремонно, как я ожидала, словно пробуя на вкус, и у меня вдруг закружилась голова.
Господи, как же давно в моей жизни не было ничего подобного, кажется, целую вечность
Настойчивый язык прошелся мягким движением по нижней губе, щекоча ее, и я, неожиданно для самой себя, поддалась на эту незатейливую ласку. На долю мгновения позволила себе забыться, расслабиться. Приоткрыла губы, жадно глотая теплое дыхание, пахшее нагретыми на солнце яблоками — теми самыми антоновскими, из почти забытого детства, и ответила на поцелуй, который становился все более требовательным и жадным.
Секунды… Минуты… Или целую вечность?
Сколько мы целовались, не знаю, я потеряла счет времени. Мужчина не позволял мне отстраниться, да я особо и не настаивала. Алианне Ярвуд — нет, теперь уже, кажется, Алианне Нейт — на моем месте и в голову бы не пришло возмущаться или протестовать.
Рэйнард первым оторвался от моих губ. Помедлил мгновение, выравнивая рваное дыхание, потом выпрямился и совершенно спокойно произнес:
— Надеюсь, на этом все, преподобный?
Вот это выдержка.
Лично я до сих пор не пришла в себя, и смотреть на «супруга» тоже не могла.
Сердце бешено колотилось, лицо горело, а в храме вдруг стало невыносимо душно. Уверена, я своим предательским румянцем и потупленным взглядом сейчас полностью соответствую представлениям о трепетной, стыдливой невесте. Счастье, что никто не догадывается, какие образы рождаются в моем воображении. И какие картины — одна другой ярче — проносятся перед внутренним взором.
Эта мысль неожиданно развеселила и помогла опомниться.
Да что я, в самом деле, мужчин раньше не видела? Ну, да, таких, и правда, не видела. Хорош гад. Только вот ключевое слово здесь не «хорош», а «гад». Для меня — ядовитый, смертельно опасный гад. Находиться рядом с ним долгое время — рискованно, да и вообще вредно для жизни. Если я рассчитываю уцелеть, не стоит об этом забывать ни на минуту. А еще о том, при каких обстоятельствах мы с инквизитором впервые встретились.
