Ослепительные огненные сполохи перед глазами…
Ощущение падения…
Сквозь все это легкая вспышка боли показалась почти незаметной. Тем более, что мужчина сразу же замер, давая возможность привыкнуть к себе, и положил ладонь мне на живот. Окутывая прохладой, успокаивая, снимая все, даже самые незначительные неприятные ощущения.
Я тихонько вздохнула, и лорд снова поймал мой взгляд, словно считывая ощущения. Улыбнулся, хмельно и счастливо, на секунду приник к губам, а потом начал двигаться — сначала медленно, а затем все быстрее и быстрее.
И прежде, чем пространство вокруг нас раскололось на части, захлестывая меня эйфорией, я вдруг увидела, как изменилось лицо светлейшего. Кожа потемнела. На висках и лбу появились крохотные серебристые пластины, странные, похожие на чешуйки. Глаза засияли, зрачки вытянулись и стали вертикальными.
А, может, все это мне просто показалось… Не знаю… Потому что в следующий момент меня изнутри опалило горячей волной, как тогда, у шара провидца, только на этот раз не болезненно — нестерпимо сладко.
Я закричала, не в силах больше сдерживаться, и почувствовала, как вместе со мной задрожал Рэй, поймав мой крик губами.
— Имани… Обещанная.
Это было последнее, что я услышала, перед тем как сгорела дотла и невесомым пеплом осыпалась на кровать.
* * *Что чувствуют супруги после первой брачной ночи?
Боюсь, мне никогда уже не узнать. Не проверить. Женой лорду Нейту, в полном смысле этого слова, я не была, скорее, исполняющей обязанности жены.
Да и брачная ночь оказалась очень своеобразной: не моей, а чужой. Краденой. Как и муж — позаимствованным на время у другой женщины. У той, что уже сегодня к нему вернется.
Так что, не знаю, кто как, а лично я испытывала стыд. Перед инквизитором. Нет, не за то, что между нами произошло — тут мне стыдиться нечего. А потому, что обманула его.
До этого дня я вообще не думала о тех, кого помогала морочить. Да я, собственно, и знакома-то с ними почти не была. Короткая встреча у алтаря, несколько скупых слов, целомудренный поцелуй в уголок губ, арка невинности и все — прощай, дорогой, я пошла за гонораром.
"
"И вот впервые чужой муж из незнакомца превратился для меня во вполне конкретного мужчину, синеглазого красивого, желанного. С нежными руками, горячим сильным телом, умелыми губами, низким голосом — то требовательным, то настойчивым, то вкрадчивым. А то таким чувственным, что сердце подскакивало к горлу, а ноги сами собой подкашивались.
