Жена по вызову с другой планеты

Давид, слушай, сейчас совсем не время…

— Да-да, буквально пару секунд! Вейлор, я просто обязан знать, кто она! Учти, если ты повесишь трубку, то я приеду к тебе домой и буду караулить до тех пор, пока не познакомишь меня со своей женой!

— Давид, веди себя прилично. Моя мама организует званый ужин через две недели…

— Я умру от любопытства! Собственный хвост сгрызу от нервов! И в моей смерти будешь виноват ты! Так, говори быстро, кто она?!

Я вздохнул. Этот от любопытства точно не умрёт, зато остальных запросто может довести до изжоги.

— Так, я понял, что не цваргиня. А на вторую половину кто?

— Никто, просто эльтонийка.

— Уродина, что ли? Бракованная? — протянул друг озадаченно.

— Нет, — быстро ответил я.

Последовала выразительная немая пауза, после которой Давид буквально взорвался:

— Вейлор, ты с какой метеоритной станции рухнул? Долго летел? Резонаторы совсем бо-бо и отказали? Все чистокровные эльтонийки — блудницы, алчные мошенницы и обманщицы! Да эти бестии найдут, как тебя обокрасть, даже с брачным контрактом…

Давид что-то пыхтел и ругался дальше, но по ментальному фону от Габи пришло такое волнение, что я тут же обрубил связь.

— Да… ничего, — немного странным, будто охрипшим голосом ответила Габриэлла. — Это твой друг, получается, да?

— Да, Давид, и мне за него ужасно стыдно. Обычно он ведёт себя существенно приличнее, — пробормотал я, скрипнув зубами.

— Ничего. — На удивление, Габи отреагировала спокойно.

Будь на её месте женщина моей расы, то уже давно бы закатила истерику… Цваргини привыкли, что с ними обращаются как с королевами.

— Похоже, он за тебя искренне беспокоится.

— Любопытство у него с ожирением, сквозь проём двери пролезать скоро не будет, а не беспокойство, — проворчал я, в глубине души всё ещё поражённый, что девушка так легко восприняла оскорбление в свой адрес и не требует в ультимативной форме разорвать любые отношения с Давидом.

Вновь скрипнуло сиденье напротив.

— А почему ты не сказал… Ну, что я с браком?

И снова напряжение и тревога проступили в ментальном фоне, но даже эти бета-колебания отчётливо отдают сладкой ватой и ванилью. Забавно, жена так сильно переживает о внешности, хотя очевидно же, что мне на это совершенно плевать. Я даже не вижу её!

— Потому что ты моя жена, а значит, идеальна, и точка.

И снова в салоне запахло радостью. Откуда такая смена настроения? Чему она рада?

Глава 3.