Жена по завещанию

Присутствие Руслана уже не помогало забыть о том, что впереди тяжелый разговор. Будущее пугало, несмотря на надежду. Когда машина подъехала к дому, Ольга ерзала на сидении так, как будто это у нее в попе вибрировали анальные шарики.

Руслан отнес на кухню сумки с покупками и ушел, чтобы отогнать машину на парковку. Едва за ним захлопнулась дверь, раздался звонок.

— Что забыл? — спросила Ольга, открывая.

Она была уверена, что это Руслан, но на пороге стояла Ната.

— Как зовут твою мать? — рявкнула она, не давая Ольге опомнится.

 — Имя, быстро!

— Елизавета… — пробормотала она, невольно отступая.

— Тихоновна?!

— Ну да… А почему… — Тут до Ольги дошло, что она не обязана отвечать. И Ната не имеет никакого права устраивать ей допрос. — Что тебе надо? Я сейчас полицию вызову!

— Зови, — пожала плечами Ната. — Так и знала, что ты не зря тут отираешься! Жена… без печати в паспорте…

Ольга не успела ничего ответить, потому что на площадке за спиной Наты появился Руслан.

— Ты зачем вернулась? — холодно поинтересовался он, обращаясь к Нате.

 — Плохо поняла? Еще раз объяснить?

— Ой, Русланчик, — отчего-то обрадовалась она. — Как ты вовремя! Знакомься, это Ольга…

— Ты крышей двинулась?! — перебил он. — Я прекрасно знаю, кто это."

"— Моя сестра, — торжествующе продолжила Ната. — И претендентка на наследство. Может, объяснишь, чем она лучше меня, если точно так же хочет денег?

Ольга обессиленно опустилась на обувную тумбочку и закрыла глаза.

36

Руслан вернулся за ключами от машины: он бросил их на кухонный стол, когда ставил сумки, да там и забыл.

Ничего удивительного, наказание здорово его вымотало. Марина, видимо, ждала удобного момента где-то на лестничной клетке и ломанулась к Оле, едва он сел в лифт. Руслан доехал до первого этажа и тут же поднялся обратно, так что слышал их разговор и поспешил вмешаться, но не успел.

Глупо было надеяться, что искательница легкой наживы исчезнет без следа. Это же предсказуемо: так не доставайся же ты никому! Если не удалось заполучить наследство, то сделай все, чтобы и соперница осталась ни с чем! Но нет худа без добра.

Руслан убедился, что сестры ничего не знали друг о друге и действовали не сообща.

Олю жаль… На нее больно смотреть. Навряд ли она актерствовала: можно сыграть скорбь, притвориться расстроенной, но побелеть как мел, по желанию — нет. У нее даже губы посинели, и Руслан опасался, что она грохнется в обморок.